Шмыгнув носом, я понял, что мне было радостно услышать свое имя. Дейл Карнеги писал, что самый приятный звук для человека — это его собственное имя. Я, как и все, попался на эту удочку.

— Вставай, Кирилл, — дублировал Бьерн. — Мы уезжаем отсюда.

Не спрашивая моего разрешения, он открыл тумбочку и, вытянув сумку с верхней полки, начал складывать в нее все мои немногочисленные вещи. Немного опешив, я даже не знал, что сказать в такой ситуации.

— Друг, — он протянул мне руку, и я заметил аккуратное золотое кольцо на его мизинце. — Ты спас мне жизнь. И обещаю тебе, я спасу твою!

Приняв его помощь, я встал с кровати, чувствуя боль в носу. Не понимая, зачем иду у него на поводу, я ощутил серьезность и силу в его рукопожатии. Хоть всех парней и учат отцы, что нужно крепко жать руку и всегда смотреть в глаза, но на деле, это случается очень редко. Все, с кем мне приходилось здороваться изо дня в день, пожимали мою кисть так слабо и безвольно, что я не понимал, зачем они вообще это делают.

Надев ботинки, я пошел к входной двери, а Бьерн накинул куртку мне на плечи. Как только мы вышли в коридор, он приобнял меня, словно мы с ним сто лет знаем друг друга. Такой дружественной теплоты я не получал даже от жены.

— Первым делом, нужно подлечить твой раненый нос. Раньше, наверное, красавчиком был? — он вытащил из кармана куртки телефон и как только экран мобильника разблокировался, я увидел свое лицо. — Смотри какой! Ровный, аккуратный. Что же за негодяй посмел изуродовать такую прелесть.

Сперва меня смутило, что на его телефоне есть мои фото, но потом, от слова «изуродовать» я весь передернулся. А ведь действительно! За эту пару дней мне ни разу в голову не приходила мысль о том, что я больше никогда не буду выглядеть как раньше. От осознания безысходности, мой внутренний мир взбунтовался. И правда, как этот ублюдок посмел сделать со мной это?

— Но, ты главное не волнуйся, — продолжил Бьерн. — Поломки восстановят! Виновные окажутся перед судом и будут привлечены к ответственности, — он заглянул мне в глаза, и первый раз в его лице я разглядел отголоски безумия. — И я не про обычный суд, если ты понял, о чем я.

Подойдя к входной двери больницы, Бьерн пнул ее подошвой ботинка с такой силой, что она с грохотом отлетела в сторону.

— Прощай, вонючий гадюшник!

Напоследок показав средний палец серому облезшему зданию у нас за спиной, Бьерн достал из кармана джинсов ключи и нажал на кнопку брелока. В паре метров от нас прозвучал звук сигнализации. Повернув голову, я рассмотрел черный «Мерседес», припаркованный за грязной легковушкой. Подойдя ближе, я увидел настолько дорогую машину, что, наверное, даже не стоял радом с такой, ни разу в жизни. Огромные литые диски отражались на свету, ослепляя красотой. Кузов черного цвета блестел так ярко, что в его отражении можно было потеряться. Глядя на эту машину люди должны задаться вопросом: а зачем вообще ходить, если можно ездить на такой красоте?

— Нравится? — не скрывая улыбки, спросил Бьерн.

Я лишь помотал головой в знак одобрения.

— Ты поведешь!

Он кинул ключи в мою сторону, и я на автомате поймал их так четко и красиво, что удивился самому себе. Как в кино! Открыв дверь с пассажирской стороны, он плюхнулся в коричневый кожаный салон и посмотрел на меня уже более серьезно.

— Тебя долго ждать, Кир? — он демонстративно постучал указательным пальцем по огромным часам, на правой руке. — У нас много дел, дружище!

С легкой дрожью я открыл дверь и, не понимая, что вообще происходит, сел за руль черного зверя, о котором мечтает каждый мужчина. Начало дня уже не плохое… что будет дальше?

— Первым делом исправим то, что было сломано, а потом, обещаю тебе, справедливость восторжествует, — посмотрев на меня с улыбкой, он протянул правую руку.