Иллиал узнал о мифриле и адамантине или адаманте, легендарных веществах, секрет которых не знала даже Башня и Дарит. Но могущество этих двух металлов было огромно. Он узнал о САМОРОДНЫХ металлах, и их способности собирать в себе магию.

Риторы и колбы, маленький горн. Различные смеси, вспыхивающие от малейшего взбалтывания, а то и взрывающиеся с оглушительным грохотом. Великие тайны незримого простому глазу мира. Когда два простых металла сливаются в один, порождая нечто отличное от них обоих.

Затем лабораторию алхимика сменила деревянная келья знахаря. По углам повисли пучки трав. Разрыв‑трава, странный цветок папоротника и многое другое оказались легендами. Но было другое, многое. Иллиал узнал о могуществе всего, что растет из благодатной земли. Недаром травинка легко вырываемая детской рукой, могла пробить скалы. Черпать силу в своей слабости учила его Башня.

Самым легким из всего оказались заговоры. Акустическая, как говорил Дарит, магия Иллиалу нравилась. Было что‑то завораживающее в стихах и песнях. Их сила была поистине огромна и непостижима. Как повествовали древнейшие хроники, Творец пел, когда созидал. А тот кто сможет услышать отрывки этой песни, сможет постичь гармонии природы.

На долгие дни волшебник отправлялся в окрестные рощи слушать природу. Ныне практически исчезнувшие друиды и Светлые эльфы черпали силу в великом круговороте жизни. Иллиал научился не страшиться смерти. Он понял, и УВИДЕЛ, как из смерти рождается жизнь.

После пошли занятия по целительству. Великому и милосердному искусству. Иллиал учился различать болезни и яды, снимать боль и погружать живое существо в сон без боли. Далее пошли основы излечения. От простых

– повышения сил самого больного и передачи ему части сил; до самых высших – регенерации и СЖИГАНИЯ болезни.

Иллиал учился, учился и учился. Светлая магия, магия милосердия и добра давала ему душевное равновесие. Но ему казалось, что с каждой ступенькой вверх в магии, он более обычного радует своих Учителей.

Бездумным и неостановимым потоком бежало время. Прошло три года. Три года до дня, когда Иллиал остановился пред созданным в главном зале Башни алтарем.

– Протяни руки Маг! – повелела Башня.

С горящими торжеством глазами, на алтаре из цельного куска хрусталя, появился Дарит. В маленьких лапках он держал посох. Посох Мага.

Выточенный из ясеня – дерева магов, обхваченный кольцами из чистого золота, с восьмигранным рубином на вершине. Посох Мага.

– Но как же Магия Тварей, Духа, Солнца, Реальности, Времени, Драконов?

– отшатнулся Иллиал.

– Это все Маг постигает сам! – ответил ему Дарит. – Прими посох и пусть будет светла твоя дорога!

Вот так, просто и без прикрас. Иллиал получил посох и ворота Башни захлопнулись за ним. Навсегда. Через мгновение Иллиал уже шагал прочь не оборачиваясь.

Маленький мохнатый хранитель библиотеки Дарит стоял возле стены Башни.

– Пора мой друг.

– Ты прав, пора, – отозвалась Башня.

Через мгновение, мгновение быстрее мысли, Дарит и Башня исчезли.

Золотой и серебряный дракон взмыли в не то вечерние сумерки, не то в предрассветный туман.

XVI.

– Я те че грил? – толкнул меня гном. Если честно его говор меня уже раздражал. Даже больше чем десяток направленных на нас эльфийских стрел.

– Как ты пришел в наш лес? – прозвучал высокий мелодичный голос.

– Как пришел? Ногами. А как еще ходят? – пожал я плечами, Вампир презрительно прищурился. – А что до вас, ваше эльфийское величество, то спешу предупредить о армии ведомой демоном.

– Мы знаем о ней, – ответил мелодичный голос, сама же принцесса эльфов так и не показалась из густых ветвей.