настройки звука, я быстро включаю его на вибрацию. Задача решена, я слышу, что Галло до сих пор

болтает без умолку, и я решаю, что я должна предупредить Кейдена, ища в телефоне быстрый набор

номера, который он сказал забил. Бинго. Я открываю набор сообщения, чтобы написать ему.

Я начинаю печатать, останавливаясь, когда понимаю, что голос Галло затих, и я готова

закричать от радости, когда слышу, что его шаги отдаляются от меня. Напряжение уходит от меня, но я не расслабляюсь от чувства радости. Галло может вернуться в любой момент, а Кейден не

звонит. Я возвращаюсь на набор сообщения ему, когда его голос отдается эхом прямо перед

лестницей. Предполагая, что он разговаривает по телефону, я вскакиваю на ноги, чтобы пойти за

ним, став в ступор, когда слышу, как начинает разговаривать другой мужчина. Поскольку не было

больше участников нашего плана, я официально беспокоюсь. Я убираю телефон обратно в свою

сумочку и, не в первый уже раз, жалею, что не разговариваю на итальянском, и также уже не в

первый раз, беспокоюсь, что, если я разговариваю, и просто не могу вспомнить это. Кейден и

мужчина ходят туда и обратно, и я слушаю, надеясь, что слова что нибудь припомнят мне, расстраиваясь, когда они это не делают.

Решая, что мне надо оценить их язык тела, я встаю и опираюсь на стену у лестницы, выглядывая за угол, найдя в поле зрения высокого мужчину с кучерявыми черными волосами, сотрясаюсь до глубины души от осознания, что я не знаю, как или почему, но я знаю  его. И мне он не

нравится. Я отдергиваюсь, прячась за стену, пытаюсь успокоить свое сердце, которое решило, что

хочет выпрыгнуть из моей груди. Откуда я его знаю? Почему  я его знаю? И почему он с Кейденом?

Самое важное, почему я боюсь его? А я боюсь. Я боюсь того мужчины. Вспыхивает воспоминание, изображение того мужчины, опирающегося об стену, но картинка через секунду уходит. Что за

стена? Где?

Беспокоясь, что меня увидят, я приседаю между рядами машин, пытаясь решить, что делать.

Остаться? Бежать? Слушать, когда я не могу понять ничего из сказанного? И почему Кейден не

беспокоится обо мне прямо сейчас? Он должен знать, что я не на лестнице, потому что я уже вышла.

Другая картинка вспыхивает в моей памяти, и я зажмуриваю глаза, желая, чтобы ко мне пришли

ответы, и возвращаюсь в ночь, когда Кейден нашел меня.

Я опускаю свои руки в карманы куртки, нервно идя по пустынному переулку, надеясь, что я

найду помощь впереди и борясь с желанием посмотреть за плечо. Боясь посмотреть и узнать, что

кто то следует за мной – я знаю, что они там – и так же боясь не посмотреть. Поэтому я

смотрю, и обнаруживаю двух мужчин, следующих за мной самое большее в полквартала от меня.

Может это ничего не значит, но это вовсе не кажется ничего не значащим, и я разворачиваюсь, ускоряя скорость, но и не переходя в настоящий бег. Пожалуйста, пусть они не за мной. Пожалуйста, пусть они не за мной. Я ускоряю шаг и снова смотрю за плечо, и они ближе. Сейчас намного ближе, и мое сердце вырывается с уверенность, что у меня проблема и ничего не остается, кроме как

бежать.

  Элла. Элла.

Я открываю свои глаза, в шоке от того, что Кейден сидит прямо перед мной, эти голубые

глаза встречаются с моими, и у меня вспыхивает картинка меня, лежащей в том переулке, и его, глядящим на меня. Я проснулась. Я видела его там. – Я сказал тебе ждать внутри, черт подери,   он

бранится.

  Галло был на лестнице. Кто был тот человек, с которым ты разговаривал?

  Он друг.

  Друг? – спрашиваю я, ужасаясь, что почти обнаружила, что он и тот мужчина были двумя, которые преследовали меня.