— Да, конечно.

— Тогда слушайте внимательно, вопросы потом…

Виктор переводил бегло, его внимательно слушали. Иногда он повторял сказанное на испанском, но чуть медленнее. Видимо кто-то из пленных не понимал английский язык, но с этим делом справились.

— Всё ясно? — закончил короткий монолог, объяснив, что им придётся идти вместе с основной группой анторсов на базу, где расположились русские военные моряки. Эта новость их приободрила, и они оживились, но…

— Товарищ старший сержант. А нас эти, по пути не убьют? — высказал вероятно общую мысль Виктор.

— Нет, вас не тронут и нетронут всех остальных, — произнёс уверенно, хотя сомнение в последнем были. За ашш Сошша Хааш я ручался, много с ним прошли и за какие-то сутки он вырос в моих глазах, и его слову я верил, но вот что произойдёт, когда встретимся с другими анторсами, вопрос оставался открытым. Присутствующие здесь солдаты и офицеры прияли его как нового командира, но вот другие… проблема. И неизвестно с каким исходом. — Всё, собирайтесь. Выходите через полчаса… Вить, отойдём.

— Слушаю.

— Я сейчас напишу записку. Передай её капитану второго ранга Игорю Степановичу. Он, когда мы оттуда уходили был старшим, — я достал из кармана химический карандаш и блокнот. Составил послание, простым цифро-буквенным кодом зашифровал и отдал Виктору.

— Хорошо, отдам. Можно вопрос.

— Разрешаю, но лучше я сам отвечу. У нас заключено перемирие, так скажем. Это я и написал в записке, чтобы не удивлялись и не начали стрелять, не разобравшись. Ещё одну записку я передам ашш Сошша Хааш. Это вон тот, вокруг которого сейчас столпилась группа солдат в песочке[1]. Он же знает маршрут. Мы оттуда пришли. Я ответил на твои вопросы?

— Ну, да. Вот только, что случилось, почему так всё…

— Вить, сейчас не время, если честно, но, если коротко, на планету напали ещё какие-то инопланетяне. Подробнее сам не знаю. Для этого малой группой и идём разведать обстановку. Это я тоже в записке указал. Связь во время рейда не предусмотрена. Так что, если в течение недели не придём… — и это я ещё очень длинный срок указал. Фактически, если через двое, ну, трое суток не вернёмся, то всё. У нас нет достаточного количества запаса еды и воды. Одежда у этих «австралийцев», наоборот, демаскирует, чем помогает укрыться, так что авантюра чистой воды. Но вернуться на базу без информации, за которой фактически и упросил капдва выпустить нас, выше моих сил. Это конечно не приказ, и за его неисполнение не отдадут под суд, но не могу поступить иначе. Ведь неизвестно, появится ли возможность в следующий раз относительно безопасно осуществить выход на поверхность.

— Я вас понял, товарищ сержант, — задумчиво произнёс Виктор, но потом быстро добавил, — можно с вами?

— Нет, Вить. Во-первых, нужен переводчик, — я кивнул в сторону остальных пленных, — во-вторых, твоё физическое состояние оставляет желать лучшего, не выдержишь продолжительную нагрузку. А в-третьих, — тут мне пришла гениальная мысль. Что если объединить опыт и знания Виктора с рвением и незашоренным взглядом на проблему у его тёзки матроса-связиста, — а в-третьих, на базе есть твой тёзка — матрос-связист. Поговори с ним, может что придумаете по поводу, как наладить связь или ещё что путное сообразите.

— Я понял, — тише и с недовольным, но задумчивым видом ответил Виктор, а через десять минут я, в составе малой группы из пяти бойцов, покинул укрытие.