Было ясно. Тем не менее Бутурлин спросил:

— Ты к чему?

— Вызов отражается на имидже фирм, в конечном счете — на их финансовой деятельности. Иностранные инвесторы не ведут дел с криминальными структурами. Банки несут убытки. Ты же не собираешься возмещать!

День был мерзкий. Дождь, маячивший весь день, но так и не пролившийся, был неосознанно в душе, давил, заставлял думать иначе, как обычно в ненастье.

— И в итоге?

— Я отменил вызов. Гореватых — генерал. С большими связями. Есть сошки поменьше…

Из сводки ГУВД г. Москвы за 10 июля.

«Москва (ИМА-пресс). За минувшие сутки в столицезарегистрировано 386 преступлений (241 раскрыто). Изних 13 случаев нанесения тяжких телесных повреждений(4), 4 изнасилования (1), 10 разбоев (5), 14 грабежей (10),34 квартирные кражи (8), 48 угонов машин (19), 5 вымогательств (5), 16 фактов изъятия наркотиков.

Произошло 22 дорожно-транспортных происшествия(21 человек пострадал), 3 самоубийства…

Убийств — 2 (0)…»

Мир вокруг был прозрачный и четкий, без марева, открытый на многие километры по сторонам. Вблизи стоянки отеля россыпью лежали крупные камни. На вершине холма, по другую сторону шоссе, виднелась баскетбольная площадка, ее окружала невысокая ограда. Дальше высились бетонные стены без единого окна. Подъемный кран с поднятой стрелой завершал композицию. Идеальное место для снайпера…

Вестибюль отеля выглядел просторным, светло-оранжевого цвета плитка на потолке делала его выше. В витринах были выставлены серебряные, тонкой работы сувениры, в основном юдаика.

Рэмбо заглянул в боковой зал, там подавали кофе. Блондинка — представительница «Ирина, Хэлена-турс» — ждала его за столиком.

—Шалом. — Она поднялась. — Чай, кофе с дороги?

У нее было белое, тщательно оберегаемое от загара лицо, посаженные широко глаза.

—Нет, пожалуй…

Рэмбо пропустил ее вперед. Она оказалась весьма стройной, с осиной талией. Одна из сидевших за соседним столиком, оживленная старушка с букольками, неосторожно двинула стулом, блонда, обходя, неловко качнулась, колено высоко поднялось, ее развернуло. Рэмбо, шедший позади, бедром ощутил полноту крутого лобка.

Она смутилась, смотрела, однако, с любопытством.

—Извините…

Блондинка жила с маленькой дочерью и отцом, который до пятидесяти лет все не мог найти себя. Из возможных в ее положении вариантов личной жизни оставались случайные необременительные встречи, исключающие любой возможный риск. Реализовывать их было достаточно сложно. А иногда и унизительно, поскольку прежний опыт и чтение «Кама сутры» сделали ее достаточно утонченной и разборчивой в технологии секса.

—Вам не надо извиняться…

Разговор не вышел за рамки официально-вежливого. Блонда помнила название газетной заметки, полученной из Москвы вместе с сувенирами: «Обезглавлен, потому что много болтал».

—Мы получили согласие ваших партнеров. Открытие симпозиума произойдет на два дня позже. Вы имеете уникальную возможность отдохнуть. За счет фирмы-устроительницы…

Рэмбо не удержал гримасы. Блондинка поправилась:

—В качестве жеста доброй воли…

В действительности не последнюю роль сыграл, безусловно, взрыв в автобусе 18-го маршрута… Никому не хотелось это признать: бизнесмены ссылались на дела. Кого-то при вылете опознали в Минеральных Водах. Пришлось вернуться. Лететь через Самару.

— Минут через тридцать, если вы будете готовы, я смогу вас подбросить в офис на Агриппас…

— Спасибо.