Дзирт почувствовал, что верит в искренность гнома и что может принять это обещание как величайшую милость, значительно большую, чем та, на которую сам Белвар мог бы рассчитывать, если бы патруль Дайнина захватил его. Белвар собрался уходить, но заинтригованный Дзирт захотел узнать побольше об этом удивительном создании.

– Откуда ты знаешь мой язык?

– Гномы не дураки, – резко ответил Белвар, не понимая, к чему клонит этот дров.

– Дровы тоже не глупы, – серьезно сказал Дзирт. – Но я никогда не слышал, чтобы в моем городе говорили на языке свирфнебли.

– В Блингденстоуне жил когда-то один дров, – ответил Белвар. Теперь и он заинтересовался этим странным дровом.

– Раб? – сделал вывод Дзирт.

– Гость! – огрызнулся Белвар. – У свирфнебли нет рабов!

И опять Дзирт не усомнился в искренности слов Белвара.

– Как тебя зовут? – спросил он. Гном рассмеялся:

– Считаешь меня болваном? Хочешь узнать мое имя, чтобы воспользоваться им для какой-нибудь черной магии?

– Нет, – запротестовал Дзирт.

– Мне следовало прикончить тебя на месте, чтоб ты больше не держал меня за дурака! – заявил – Белвар, угрожающе подняв тяжелую кирку.

Дзирт почувствовал некоторое беспокойство, не зная, что предпримет гном в следующую минуту.

– Мое предложение остается в силе, – сказал Белвар, опуская кирку. – Ты ведешь себя тихо, и я скажу королю, чтобы отпустил тебя. – Впрочем, Белвар не больше Дзирта верил в то, что это будет выполнено, а потому повторил:

– Или же – один точный удар.

Тут внимание Белвара привлекла суматоха в одном из туннелей:

– Белвар! – позвал какой-то гном, врываясь в пещеру.

Вожак гномов встревоженно посмотрел на Дзирта, пытаясь угадать, обратил ли тот внимание на произнесенное имя.

Молодой дров сидел, благоразумно отвернувшись и делая вид, что ничего не слышит. На самом же деле он услышал имя вожака гномов, пощадившего его.

«Белвар», – сказал тот свирфнебли. Это имя он не забудет никогда.

Шум борьбы в коридоре привлек всеобщее внимание, и несколько свирфнебли вбежали в пещеру. По их беспокойству Дзирт понял, что дровский патруль где-то рядом.

Белвар отдавал команды, стараясь организовать отступление через другой туннель. Дзирта волновало, какое решение примет теперь по его поводу вожак гномов. Разумеется, он не может надеяться, что убежит от патруля, волоча за собой пленника!

Неожиданно вождь гномов замолчал и остановился. Слишком неожиданно.

Это дровские жрицы, появившись в пещере, своими колдовскими парализующими заклинаниями заставили его замолчать. Белвар и еще кое-кто из гномов были застигнуты их двеомером, остальные же гномы, увидев это, ударились в беспорядочное бегство через второй выход.

Дровские воины во главе с Гвенвивар ворвались в пещеру. Радость Дзирта при виде своей невредимой любимицы была отравлена мыслью о предстоящем побоище.

Дайнин и его воины по-дровски жестоко набросились на растерянных гномов.

Через несколько секунд – ужасных секунд, показавшихся Дзирту часами, только Белвар и другой гном, вдвоем попавшие под действие заклинания, остались в живых. Нескольким свирфнебли удалось убежать через задний выход, но большая часть дровского патруля отправилась за ними в погоню.

Последним в пещеру вошел Мазой. Вид его в измазанном грязью платье был ужасен. Остановившись у входа, он даже не посмотрел на Дзирта, заметив лишь, что его пантера охраняет второго сына Дома До'Урден.

– Тебе опять повезло, – сказал Дайнин, разрезая веревки на руках брата.

Дзирт вовсе не был уверен, что это так, взирая на зрелище кровавой резни.