Огромная страна от Калининграда до Востока затаила дыхание у голубых экранов.

Понимая, что помощи ждать неоткуда, генералы и министры силовых служб попытались сами дать отпор противнику. МЧС и ФСБ в это утро были близки, как никогда ранее и никогда после. Министр стоял спиной к спине с руководителем секретной службы – и они поначалу вполне успешно отбивались от трех убийц, пытавшихся их достать.

Но с навеса над верхним ярусом трибуны на них всей тяжестью рухнул четвертый, разбивая тандем. И все было кончено в одно мгновение.

Президент, неплохо владеющий боевыми приемами борьбы, сбросил вниз одного нападавшего, освободился от второго – и спрыгнул ярусом ниже. Туда, где с построенной деревянной трибуны был перекинут мосток на трибуну Мавзолея, которая пока оставалась пустой. Казалось, еще мгновение – и глава отечества добежит до массивной двери, ведущей с трибуны в глубь гранитной усыпальницы, а оттуда секретным подземным ходом ускользнет в Кремль – к надежной охране…

Но ночные бдения лейтенанта Геннадия Ефимова не пропали даром. «Перевернутый» спецконтингент, не раз взбиравшийся на виртуальный Мавзолей его «миража», и это предусмотрел. С другой стороны трибуны к той же заветной двери мчались два зомби.

Теперь выходило, что президент фактически сам спешил к ним в руки.

Отступать ему было уже поздно – путь назад перекрыли серые убийцы, обосновавшиеся на верхнем ярусе. И глава государства принял единственно верное в этой ситуации решение. Он вскочил на парапет трибуны и побежал по нему, разгоняясь. Он надеялся, что сумеет, используя инерцию, сбить резким прыжком сверху вниз любого, кто успеет стать на его пути, заслонив собою спасительный проем в гранитной стене.

Однако один из убийц тоже взобрался на узкую гранитную дорожку и помчался навстречу, надеясь сбить президента вниз.

Они столкнулись почти напротив двери.

Президент, невысокий и сухой мужчина, обладал отменной реакцией – не дал ни столкнуть себя, ни захватить, да еще и провел элементарную, но технически безукоризненную подсечку.

Зомбированный браток, абсолютно не ожидавший хотя бы малейшей попытки сопротивления, попался – споткнулся о президентскую ногу, замахал руками, будто ветряная мельница крыльями, но не удержался и рухнул с высоты третьего этажа на камни, забрызгав мозгами парадный вход в главный государственный склеп.

Но не успел умолкнуть вздох облегчения, прокатившийся от Балтийского до Охотского моря, как президент, отвлекший свое внимание на схватку с первым зомби, попал в захват ко второму. Запрограммированный на уничтожение врага даже ценой собственной жизни боец облапил стройную мужскую фигуру и сплел пальцы в надежный замок.

Единый организм, в который слились убийца и жертва, застыл на краю парапета, покачиваясь над бездной, словно Холмс и профессор Мориарти над Рейхенбахским водопадом. Пытаясь вывернуться, президент оступился, равновесие было нарушено, и, не разжимая объятий, они рухнули вниз.

Раздался негромкий глухой удар, и над всей страной повисла зловещая тишина.

В зале зажегся свет.

В полной тишине, звеневшей в ушах, поднялся Терентий Гаврилович, и было слышно, как сначала скрипнуло кресло, а потом старческие кости.

Он почесал подбородок и сказал:

– Ну вы тут обмозгуйте такой сценарий, а я пока отвлекусь ненадолго.

Стоило ему скрыться за дверью, как поднялся невообразимый гвалт.

– Ни хуя себе! – откинулся на спинку уютного кресла начальник штаба Военно-воздушных сил страны, успевший, как обычно, нагрузиться еще до премьеры фильма. – Это где же такое снимали? Надеюсь, актеров отправили в расход?

– Пить надо меньше, дружок, – ехидно ввернул толстоморденький глава ФСБ. – Тогда не проспишь все объяснения.