— Сэр, — ответил Хэмфри, с поклоном принимая оказанную ему честь.

Оставив рыцаря собирать остальных молодых воинов, Варенн поспешил обратно к шатру, созывая своих командиров. Капитаны кавалерии и пехоты бросились к своим частям, выстраивая их в боевые порядки. Оруженосцы и грумы поспешили к лошадям, седлая их и затягивая подпруги. Большинство рыцарей носили кое-какие легкие доспехи на случай внезапного нападения, но сейчас принялись надевать тяжелые: кольчуги, латные рукавицы, шлемы и щиты. Пехотинцы поправляли перевязи с мечами, цепляя на пояса молоты и топоры, одновременно выравнивая ряды. Осадные машины продолжали обстреливать замок, но грохот камней вскоре заглушили крики и ржание лошадей, когда рыцари поднялись в седла.

Когда они выехали из лагеря, направляясь навстречу основным силам шотландской армии, выстроившимся на далеком холме, радостные вопли осажденных остались позади. В сплошной пелене облаков, быстро несущихся высоко над головой, проглянули лоскутья голубого неба. Оттуда на землю ударили солнечные лучи, обдавая долгожданным теплом лица рыцарей и пехотинцев, двигающихся навстречу врагу. Авангард возглавлял Джон де Варенн, не сводя глаз с далекого еще противника. У шотландцев было преимущество — они стояли на возвышенности, но это не беспокоило внука легендарного Уильяма Маршалла. Его люди стройными рядами ехали следом, на древках копий развевались флажки, а на гребнях шлемов колыхались перья. Замыкали колонну пешие солдаты, уверенно шагая по размокшей земле, которая постепенно повышалась к горизонту.

Теперь уже можно было яснее разглядеть цвета вражеских знамен. Среди них развевался и королевский штандарт Шотландии: вставший на дыбы красный лев на золотом поле. Скотты закричали при виде идущих им навстречу англичан, и их крики донес налетевший ветерок. Варенн знал, что в этих криках слышен призыв к мести. Он сомневался, что во всей Шотландии найдется хоть один человек, который не знал бы о бойне в Бервике. И это хорошо, что враги жаждали отмщения. Месть кружит голову и туманит разум, заставляя спешить и ошибаться. В отличие от скоттов, его люди хранили молчание, уверенно сокращая расстояние между собой и противником и сберегая силы для решающей схватки.

Когда английские рыцари достигли гребня первого холма, Варенн поднял руку, приказывая остановиться. Его командиры подъехали к нему и остановились рядом, пока он осматривал местность. Впереди склон резко обрывался в узкую лощину, густо заросшую кустарником и деревьями, по дну которой текла неширокая речушка. На другом берегу заросли редели, когда склон опять начинал повышаться, вплоть до самой вершины, где выстроилось шотландское войско. Отдав приказания военачальникам, которые поспешили к своим отрядам, Варенн повел англичан вниз по крутому уклону. Рыцари откидывались назад в седлах, стараясь максимально облегчить спуск коням. А издалека до них доносились исполненные свирепой радости выкрики скоттов. Пехота спускалась вслед за кавалерией, упираясь в склон кончиками пик и дротиков, чтобы не упасть. Солнце скрылось за тучами, и по траве заскользила широкая темная тень. Впереди, меж деревьев, серебристый блеск реки сменился тусклым свинцовым оттенком.

Первые рыцари достигли ручья. Среди них был и Варенн. Местами берег был настолько крут и обрывист, что всадникам пришлось растянуться в редкую цепь, ища переправы. Стройные ряды нарушились, а кое-кому пришлось даже повернуть своих коней вспять, объезжая препятствия. Некоторые рыцари осторожно спустились по песку и въехали в мелкую ледяную воду. Копыта коней подняли со дна ил, и река помутнела. Вонзая шпоры в бока жеребцов, всадники понукали их, заставляя как можно быстрее выбираться на другой берег. Лошади отфыркивались, вздымая тучи брызг. Несколько коней оступились и запаниковали, но опытные наездники быстро успокоили своих скакунов. А сзади надвигались все новые и новые ряды кавалерии.

Варенн принялся выстраивать своих людей меж деревьев на другом берегу.