Присутствовали также все ковбои. Шляпы они почтительно держали в руках, глаза у них были одновременно завистливыми и нежными, когда они рассматривали новобрачных. Поверенный Риза Эбнер Маккейн вздохнул про себя, ведя невесту, а дамы из хоупского кружка любительниц шитья улыбнулись при мысли о стеганом одеяле, белом с голубым, которое они собираются подарить мистеру и миссис Уэйд Баркли.

Уиннифред Дейл не было — двумя неделями раньше она решила уехать из Хоупа и поселиться навсегда в Айове у сестры, которую навещала, когда город терроризировала банда Кэмпбелла. Перед ее отъездом Кэтлин отправилась в Хоуп повидаться с ней.

Она сказала Уиннифред, что прощает ее. Та заплакала и прошептала, что она этого не заслуживает. Кэтлин, будучи в этом не уверена, знала только, что ей не хотелось бы прожить всю жизнь, испытывая в сердце гнев или враждебность к кому бы то ни было.

Ей нужны покой, согласие, радость… и любовь.

Уэйд помог ей обрести все это. Он превратил ее жизнь в сплошное счастье. И жизнь Бекки тоже. Когда Кэтлин рассказала сестре об их свадебных планах и предложила ей нести шлейф ее платья вместе с двойняшками Моргенсен, Бекки пустилась в пляс от возможности остаться на ранчо «Синяя даль» отныне и навсегда. Вайоминг покорил ее, равно как и ранчо «Синяя даль». Она с Маркизом и сестричками Моргенсен стали неразлучными друзьями, и она призналась Кэтлин, что Уэйд — самый лучший из всех старших братьев, какого она надеялась обрести. Так что Кэтлин не удивилась, увидев мельком личико Бекки, когда священник объявил, что теперь новобрачный может поцеловать свою молодую супругу и Уэйд приподнял ее фату. Грустная, робкая девчушка, казавшаяся такой несчастной в Давенпортском пансионе, смотрела сейчас на жениха и невесту сияющими глазами, и рот у нее был до ушей от улыбки. Потом Уэйд обнял Кэтлин, и больше она ничего не видела, не слышала и не помнила. Едва его губы коснулись ее, как весь мир исчез, остались только они и сладостная, невероятная радость, когда они обнимались, целовались, смеялись, соединяя губы, мечты и сердца.

Луанн Портер смотрела на них со спокойным удовольствием, а Джейк Янг крепко держал ее за руку. Перед самым началом свадьбы Джейк быстро увлек ее в сторонку и, стоя под ивой, сделал ей предложение. Он смотрел на нее так, как не смотрел до этого ни один мужчина. В глазах его были все его надежды и столько любви, что ее хватит им обоим до конца жизни. Луанн обвила его руками за шею и ответила согласием. Они с Джейком нашли друг друга, пройдя через разочарование и безответную любовь, и от этого их любовь казалась им обоим еще чудеснее. Они не испытывали никакой зависти к нескрываемой радости, окружавшей ореолом Уэйда и Кэтлин, — они сами чувствовали такую же радость и с упоением разделяли ее.

Когда собравшиеся начали посмеиваться и аплодировать из-за того, что свадебный поцелуй грозил не кончиться, и Кэтлин с Уэйдом, смеясь, оторвались друг от друга, Кэтлин ощутила горячую дрожь, пробежавшую по спине. Она вновь осязала присутствие любящего существа, которое впервые ощутила на могиле Риза, и уловила знакомый слабый запах сигарного дыма — он на мгновение появился в воздухе, а потом растаял без следа.

Она была уверена, что Риз рад за них, доволен, что его маленькая девочка, чей портрет он бережно хранил на каминной полке, наконец-то вернулась домой.

Она вернулась и стала женой мальчика, которого он взял к себе и воспитал как родного сына. Теперь этот мальчик вырос и стал таким замечательным человеком. Человеком, на которого можно положиться целиком и полностью.

«Спасибо, папа, за то, что пригласил меня сюда, дал мне дом, за то, что привел меня к Уэйду», — мысленно проговорила она, и тут толпа гостей сомкнулась вокруг, и они с Уэйдом погрузились в море поздравлений.

Были свадебный пирог и шампанское, тосты в честь счастливой пары и танцы.