Когда телеги наконец были нагружены, Гуго велел конюху седлать Эбена и сказал Махелт, чтобы она тоже готовилась к поездке.

– Что может быть естественнее, чем перевезти домочадцев в Тетфорд и почтить могилы предков? – произнес он. – Если с нами будут женщины, встречные легче поверят в нашу легенду. Отец Майкл, ваша горничная и мои братья поедут с нами и засвидетельствуют, что все приличия были соблюдены.

Махелт не пришлось уговаривать, и она умчалась собирать дорожный сундук. Грустно улыбаясь, Ида помогала ей.

– Без тебя здесь станет очень тихо. – Лицо графини казалось несчастным. – Особенно с совершенно пустым шкафом для тканей!

– Это всего на несколько дней. – Махелт импульсивно обняла свекровь, и та обняла ее в ответ.

– Бог в помощь, – произнесла Ида, глядя, как Махелт выбегает из комнаты.

Та напоминала длинноногого жеребенка, юного, полного жизни и сил. Из груди Иды вырвался вздох. Как стремительно река несет суденышки по течению, увлекая их в море! Она спустилась во двор, чтобы помахать вслед телегам, и обратила внимание, каким красивым выглядит Гуго, подсаживая в седло свою улыбающуюся, взволнованную девочку-жену. Дай Бог им счастья, подумала она и вытерла глаза рукавом. Ида прильнула к мужу, который наблюдал за отъездом, подбоченясь и поджав губы.

– Не приведи Господь, чтобы тучи сгустились над их головой, – произнес он.

Ида взглянула на мужа, посчитав его слова весьма романтичными.

Граф прищелкнул языком:

– Не то телега увязнет в грязи, и люди будут задавать вопросы.

Вздохнув, Ида вернулась к своему разоренному шкафу для тканей.

Когда Гуго и его братья вернулись, последняя гостья Махелт как раз откланялась и слуги убирали остатки еды, чтобы потом раздать милостыню.

– Нашим соседям тоже не хочется расставаться с тринадцатой частью имущества, – сказала Махелт Гуго, когда он снял плащ и сел у огня. – Половина из них прячет вещи или сообщает лишь о части того, чем владеет.

– Они вам сами сказали? – удивленно поднял брови Гуго.

– Обиняком, – засмеялась Махелт. – Было много разговоров о том, чем они владеют, то есть о том, что готовы предъявить.

– Точно так же все соседи понимают, что мы посетили Тетфорд не с целью поклониться костям вашего дедушки! – весело фыркнул Гуго. – Но им нужно наше покровительство, и они чувствуют, что все мы союзники против несправедливости, так что мы в безопасности. – Гуго сложил руки на груди. – Похоже, вам нравится развлекать гостей?

Махелт бросила на мужа гордый взгляд и скрыла неуверенность, выпятив подбородок.

– Я приучена слушать, наблюдать и понимать истинный смысл слов и поступков.

Гуго обернулся через плечо. Его братья отошли, чтобы поболтать друг с другом и выпить вина. Слуги были заняты делом. Повернувшись обратно, он тыльной стороной руки погладил Махелт по щеке, а затем поцеловал то место, которое погладил, и, прежде чем отстраниться, на мгновение задержался, вдыхая тонкий аромат розовой воды, исходящий от губ.

– Я не стану спрашивать, как вы истолкуете это, – произнес Гуго. – Надеюсь, что одобрите.

Махелт посмотрела на него лукаво и томно.

– В таком случае я рада угодить своему господину, – ответила она.

Выражение глаз Гуго и прикосновение его губ к щеке заставили Махелт покрыться мурашками с головы до ног. Она отчасти надеялась, что Гуго повторит поцелуй, но тот отстранился и повел ее к своим братьям, сидевшим у огня.

Махелт опечалил отъезд Гуго. Дорога в Тетфорд, три дня, проведенные там, и возвращение домой изменили их отношения.