Чувствуя, что пальцы вот-вот разожмутся, беззвучно матерясь, Лютый ухватился за шнур зубами. В это время шнур трижды дернулся. На всякий случай обложив милицию отборным матом, Дубов начал спуск. До земли оставалось метра полтора, когда подрагивающие от напряжения пальцы не выдержали. Обдирая ладони о шнур, Лютый стремительно заскользил вниз.

Понимая, как тяжело приходится уголовнику, Буров внимательно наблюдал за ним. И когда он вдруг скользнул вниз, Лев прыгнул вперед. Ударившись о бетон ногами, Лютый вцепился зубами в воротник куртки, чтобы заглушить крик от вспышки дикой боли в поврежденной ноге, и потерял сознание. Подбежавший Буров успел поймать падающего лицом вперед уголовника. Легко забросив его на плечи, он побежал к выглядывающим из-за кустов женщинам.

Увидев мгновенно провисший шнур, Павлов понял: уголовник сорвался.

— В темпе вниз! — яростно прошептал он Психу.

— Не гони лошадей. — Псих спокойно взялся за шнур. — Не завизжит Лютый.

Это понял уже и сам Костя. Услышав в голосе уголовника обиду за товарища, буркнул:

— Извини. Но спускаться все равно надо.

— А кореш у тебя правильный, — сказал Смирнов. — С таким можно дела ворочать.

Прошептав еще что-то, он быстро и, что поразило Костю, беззвучно заскользил вниз. «Да ты и сам хоть куда», — пробормотал он. Немного выждав, прикрывая узел ладонью, щелкнул зажигалкой и поднес язычок пламени к привязанному к скобе шнуру. Как только шнур затлел, ухватился за него и, поджав ноги, на спине съехал по крыше вниз. Свалившись с нее, крепко сжал пальцы. Ободранные ладони вспыхнули горячей болью, но он сумел замедлить падение. Метра за два до земли разжал пальцы и мягко приземлился. На несколько секунд замерев, вслушался в обступившую его темноту. Поднялся, ухватил шнур обеими руками, с силой рванул его к себе. Бесшумной змейкой шнур упал рядом. Намотал его на локоть и, пригибаясь, побежал к кустам. Присевшие рядом с Лютым женщины что-то привязывали к его распухшему колену. Не увидев напарника, Костя спросил всматривающегося в сторону дома Психа с пистолетом в руке:

— Он за транспортом пошел?

— Ну, земляк! — изумленно протянул Смирнов. — Дело у вас на большой поставлено!

Взглянув на часы, Тоня подошла к раскрытому окну. Сейчас должен приехать Арсентий. Она уговорит Черкесов покончить с Дьячковой. Хотя ей, собственно, наплевать, кто займет место Старика, она найдет ожерелье и покинет Россию, но с Нинкой все же надо кончать!

Увидев в проеме раскрытого окна женщину, Валет поднял удлиненный глушителем пистолет. В руке Фили матово блеснуло лезвие длинного ножа.

— Не торопись, — прошептал он и быстро полез вверх по стоявшему под окнами дереву.

— А если Гюнтер думает, что его цена меня устроит, — презрительно улыбнулась блондинка, — он ошибается! Я узнала настоящую це…

Длинное лезвие тонкого обоюдоострого клинка, мелькнувшее в свете окна, быстрым серебряным всполохом воткнулось Спициной в горло. Вскинув руки, она успела коснуться темной рукоятки и, осев на подогнувшихся ногах, упала на бок.

Нина неторопливо спускалась по лестнице. На последнем пролете повстречала поднимавшегося с большим букетом алых роз Арсентия.

— Домой? — не останавливаясь, спросил он.

Не отвечая, Дьячкова с нескрываемой ненавистью посмотрела ему вслед.