— Что? — растерянно спросил полковник.

— Псих с Лютым около дачи Гольских! — отчетливо проговорила женщина, и в трубке запульсировали короткие гудки отбоя.

Коротко выматерившись, Рябченко зло впечатал трубку в рычажки аппарата. Некоторое время он сидел неподвижно, о чем-то лихорадочно размышляя. Затем, наклонившись, щелкнул тумблером селекторной связи.

— Люсина ко мне! — не дожидаясь ответа, приказал Рябченко. — Срочно! — Отключившись, удовлетворенно улыбнулся. — Мавр сделал свое дело, мавр может умереть, — негромко пробормотал он.

Сидя на низком табурете, Николай Степанович длинной кочергой помешивал угли, горящие ровным пламенем в камине. В небольшой, отделанный обожженным деревом зал вошел Руслан. Подойдя к хозяину, негромко кашлянул, чтобы привлечь его внимание.

— Говори, — не оборачиваясь, разрешил тот.

— К Милову парни уехали.

— А к Зарубину? — резко спросил Гольских.

— С ним я сам разберусь! — довольно зло заявил парень.

— Тогда почему ты здесь? — сердито спросил Николай Степанович.

Присев за большим кустом, Псих внимательно всматривался в наступающих сумерках в обнесенную высоким забором двухэтажную дачу. Рядом с ним, лежа на спине и прикрывая огонек сигареты ладонями, курил Лютый.

— Там народу до хрена и больше, — недовольно проговорил Смирнов. — Точно…

— Ша! — приглушенно выдохнул Дубов. Услышав приближающиеся легкие шаги, Псих выхватил пистолет. Лютый, тоже с оружием в руке, уже лежал на животе.

— Где вы? — услышали они негромкий голос Нонны.

— Ты куда ходила? — зло спросил Псих.

— Я же говорила, — подошла к ним женщина, — мне нужно было узнать, здесь он или нет.

— Ну и?

— Он на даче, — кивнула Нонна. — Но сейчас с ним полно парней. Он что-то явно затевает. И поэтому придется подождать.

— А если твой благоверный свалит?

— Он здесь будет до утра, — уверенно заявила Гольских. — Это точно!

Услышав напряжение в ее голосе, Лютый приглушенно фыркнул:

— Не трясись, сделаем мы его! — Сунув «макаров» в карман, он снова перевернулся на спину.

— А чем тебе твой муженек не угодил? — насмешливо поинтересовался он. — Неужели других тыкает?

— Это не твоего ума дело! — сердито ответила Нонна. — Вы сделайте то, о чем мы договорились. А я в свою очередь достаю вам документы и хорошо плачу! И…

— Ладно! — грубовато прервал ее Псих. — Сто раз жуем одно и то же.

Прижав «жигули» к тротуару, выключив фары, Алла ткнула подбородком вперед:

— Вот она, дача Гольских.

Выглянув в открытое окно, Павлов всмотрелся в освещенный уличными фонарями высокий забор с козырьком из длинных заостренных металлических прутьев.

— Живут же некоторые, — негромко пробормотал он.

Буров подошел к забору. Пройдя вдоль него несколько метров, вернулся. Стоя у приоткрытой дверцы, Костя вопросительно посмотрел на напарника.

— Скорее всего, они выжидают, — предположил Лев. — И, наверное, там, — он коротко махнул рукой на темнеющий рваными пятнами кустов пустырь.

Повернувшись к Алле, Павлов энергично махнул рукой:

— Заводи! — Мужчины быстро сели в «жигули».