Он и щипал себя, и закрывал глаза, и тёр их, но ничего не менялось. Его взору представал всё тот же пейзаж: пустынный холм, лес вокруг, голубое небо над головой и… Большое красное светило по центру небосвода, которое размером в раза в два превышало Солнце и было на него ничуть не похоже.

— Красное? — широко распахнул он глаза и даже на мгновение позабыл о недугах. — Это как?!

С головокружением он ещё готов был смириться, но никак не с тупой болью в месте перелома, усиливающейся и принимающей характер резкой, пульсирующей при попытке наступить на ногу. Как назло, из вещей у него ничего не осталось. Фляжка, и та раскололась от падения и из неё вытекла вся вода, намочив ему штаны.

— Стоп! — замер он и прекратил попытки встать на ноги. — Солнце в зените? Сейчас? Ведь было ближе к вечеру, когда я упал. Сколько же я провалялся без сознания?

Думать о многогранности мира и паранормальных явлениях не давала боль. И всё же Жан-Поль задумался над вопросом: как и где он очутился? В голову пока приходил один вариант — он попал. Видимо, не зря о проклятом ущелье ходят недобрые слухи. И не все пропавшие там люди погибли в потаённых уголках Альпийских гор. Некоторые из них вполне могли попасть, как и он в… другой мир. На это намекал иной колер светила и незнакомые деревья. Вроде смотришь беглым взором — обычные деревья: коричневые стволы, зелёные кроны. А если приглядеться, то сразу становится заметна их инородность: листва непривычной формы, кора не с такими наплывами.

Кое-как, преодолевая боль в ноге, он встал и тут же пожалел об этом. Ногу прострелило так сильно, что из глаз брызнули слёзы. Но идти надо. Единственное спасение внизу холма в лесу.

И он поковылял со скоростью улитки, стараясь не наступать на поломанную ногу и не скатиться с холма кубарем.

Потихоньку он добрёл до ближайших деревьев и принялся подбирать ветки и отламывать от них сучья. Верёвок для наложения шины нет, поэтому пришлось рвать рубашку. Спортивные штаны для альпинизма из слишком добротной ткани: настолько прочные, что руками их не порвать, на удобных подтяжках, чтобы не сползали в самый ответственный момент.

Рубашку он разорвал на полосы. Её едва хватило для наложения шины. Под ней на теле осталась лишь чёрная майка.

Все материалы собраны, осталось главное. Он зажал в зубах палочку и вправил ногу. В этот момент Жан осознал, что до этого была не боль, а щекотка. От того, что он ощутил в этот момент, в глазах потемнело. Он не сдержал громкий крик.

Когда сознание вернулось, он дрожащими руками принялся накладывать шину. Мешала слабость и пелена перед глазами. Палки выпадали из рук. Полосы ткани он с трудом оборачивал вокруг голени. Узлы не хотели вязаться. Но всё же потихоньку он справился. Шина была наложена по всем правилам первой помощи.

Каждый французский альпинист в обязательном порядке проходит курс подготовки, который включает в себя оказание первой помощи пострадавшим. Когда юный Кац решил заняться альпинизмом, его заставили пройти подготовительные курсы. Тогда его это напрягало — хотелось скорее попасть в горы. Теперь же он был благодарен за полученные знания.

Правда, на этих курсах ещё обучали правилам организации восхождений. И он эти правила грубо нарушил. Во-первых, отправился в горы один. Во-вторых, не оформил маршрутную документацию, потому что грубо нарушил ещё одно правило об экипировке, ведь он хотел заниматься экстремальным скалолазанием. Теперь можно даже не надеяться, что его будут искать, поскольку об его походе никто не знает. Даже если бы и стали разыскивать, то не найдут, если только не умеют перемещаться между мирами.