Позади меня раздались крики, но я заглушила их, пытаясь сосредоточиться.

– Ага. Погоди. Ты там в порядке? Они сделали с тобой что то ужасное?

Я покачала головой.

– Нет. На самом деле, я сплю в самых удобных кроватях. А еда… – я остановила себя. Я отходила от темы, а лицо Финна мрачнело.

– Ты не в тюрьме, я так понимаю.

– Нет. Вовсе нет. Там весьма комфортабельно. Слушай… Граф Саклас – это Самаэль, тот, что пишет своё имя кровью. Ты можешь передать Свободному Народу, что сегодня вечером он планирует шпионить за ними в мюзик холле? Он хочет подслушивать.

Выражение его лица сделалось разъярённым.

– Ты позволила ему заворожить тебя, ведь так? Ты позволяешь им очаровать тебя их расфуфыренными штучками. Я знал, что это случится. Тебе там не место. Тебе место здесь.

Он вообще меня слушал, нет? Я сощурилась.

– Поверь в меня немножко, Финн. Я не заворожена. Просто в кои то веки я сплю в хорошем месте.

Мускул на его подбородке дёрнулся.

– Но откуда мне знать, что с тобой всё в порядке? – он выглядел терзающимся. – Может, есть место, куда ты можешь прийти? Хотя бы ночью, чтобы я сумел на тебя посмотреть? Я просто хочу знать, что ты в порядке. Если ты там не в тюрьме, то ты должна суметь выйти куда нибудь и помахать мне.

– Слишком рискованно. Что, если я просто пошлю какой нибудь знак на записках от Лудда? Символ.

– А что, если его перехватят? И они узнают, что это за символ? Откуда мне знать, что это правда ты?

Я на мгновение задумалась, затем кивнула.

– Там есть фрагмент моста, который когда то соединял две башни. Ну знаешь, тот, что выступает над тёмной рекой с западной стороны?

Он кивнул.

– Конечно, да. Как тёмный зуб.

– Каждый вечер в девять часов я буду махать тебе с того моста. Ладно? Но не психуй, если я опоздаю или пропущу одну ночь. Граф сказал мне спать в его комнате, так что я не всегда могу улизнуть.

Краски схлынули с лица Финна.

– Что? В его комнате? Лила, ты не… Ты не можешь…

У меня правда не было времени выслушивать его мнение на этот счёт. Я оглянулась назад. Кловианские солдаты по прежнему были окружены толпой. Но я совершенно не видела Соуриала. Смертные, похоже, в ужасе пытались сбежать. Кто то кричал, и нервные мурашки пробежали по моей спине. Абсолютный хаос.

– Финн, это неважно, – этот разговор окончательно ушёл от темы, и мне почему то казалось, что Финн меня осуждает.

– Это неправильно, – он украдкой осмотрелся по сторонам, затем наклонился, чтобы прошептать: – Я общался со Свободным Народом. Они считают, что это Самаэль убил слуг.

Во рту у меня пересохло.

– А Элис? Она была в числе слуг. Они говорили что то про неё?

– Никто не знает наверняка. Она могла сбежать. Мы работаем, стараясь получить больше информации. Но они считают, что ангелы начнут убивать всё больше и больше женщин. Есть мужчина, которого они называют Бароном. Я не знаю его настоящего имени, но он лидер Свободного Народа. Только он может дать отпор ангелам. Он единственный.

– Ты же передашь сообщение, верно?

– Слушай, Захра, ангелы хотят устроить Армагеддон. Граф спровоцирует апокалипсис. Это скоро начнётся, и все мы должны быть наготове. Свободный Народ говорит, ничто не сможет остановить надвигающийся шторм. Они говорят, что они единственные могут дать отпор и остановить это навсегда. Нам придется искоренить всех до последнего. Не позволяй им извратить тебя, Лила. И ты должна быть готова бороться против них.

Я не говорила Финну, что подразумевала эта борьба. Что мне придётся чпокнуть графа.