Он испуганно обернулся, посмотрел в сторону подъездов, потом куда-то вверх. Наверное, соображал, как дать понять товарищам, что объект оказался не в квартире, а очень даже в другом месте. Рука Качка потянулась к карману, в котором лежал телефон.

— Если ты сейчас попробуешь кому-нибудь позвонить и что-нибудь сказать, просто имей в виду, я оторву твои яйца и вставлю их вместо глаз. А глаза прицеплю на освободившееся внизу место. Заслуженная должность в цирке уродов будет тебе обеспечена. Ибо все вы бесите меня ужасно. Усек?

Наверное, мой голос звучал достаточно убедительно и без Флёра. Рука Качка замерла на половине пути.

— Садись. — Кивнул я Маркову в сторону автомобиля.

Патологоанатом в одно мгновение обрел небывалую резвость. Не успел я глазом моргнуть, а он уже устроился на пассажирском сидении. Вот что делает с людьми желание оказаться подальше от мест, где тебя караулят всякие непонятные качки.

Я приблизился к водительской двери и уже взялся за нее, собираясь повторить манипуляции Маркова, когда он, то есть Марков, громко крикнул:

— Сзади!

Я резко обернулся. Ровно в этот момент неумный Качок надумал воткнуть в меня нож. Он даже занес руку и почти успел достичь цели. Просто самые быстрые движения людей для меня похожи на замедленную съемку, если я перехожу в боевой режим.

Причем переход случился на автомате. Очевидно, тело полностью подстроилось под демонское содержимое и реагирует идеально. Конечно не так, как я реагировал бы в своём истинном облике, но тоже пойдет.

Издевательство какое-то, честное слово. Не понимаю, почему люди при столь выраженном тупизме до сих пор не вымерли как вид. Этот придурок решил на полном серьёзе, что сможет напасть на меня со спины. Вернее, напасть он конечно, может, но обещания насчет глаз вовсе не были шуткой.

Тратить на человека лишние слова, как и лишнее время, мне совершенно не хотелось. Поэтому, не успел смертный закончить свое движение, как внезапно выяснилось, что нож находится уже в моей руке, а запястье Качка рассечено и немного побаливает. Ну как немного… Рубанул я по нему до самой кости.

Пока человек орал и тряс рукой, разбрызгивая кровь во все стороны, я отшвырнул бесполезное оружие, сел за руль и сорвался с места.

— Ты чуть не отрезал ему руку. — Сообщил Марков абсолютно спокойным голосом, будто я сам не понял, что сделал.

— Ключевое слово — «чуть». И это уже второй человек за сегодня, который пытается воткнуть в меня нож. Знаешь, в любой другой ситуации люди поплатились бы за подобную глупость очень дорого. Так что я еще очень-преочень, возмутительно, до безобразия добр. А это сильно портит мою репутацию. Никому не рассказывай про «чуть». В иной ситуации наглец уже бы жевал свою собственную конечность, умываясь кровавыми слезами.

— Мммм… Ясно. Ну… Спасибо, что мне ты всего лишь слегка травмировал ногу. Я ценю теперь… — Марков несколько раз с пониманием кивнул, потом посмотрел на меня и так же спокойным голосом спросил, — А ты у нас кто? Всё-таки хотелось бы уточнить.

— А я у вас Люцифер. Дьявол по вашему, по-простому.

Честно говоря, очередной смертный, решивший, будто он может размахивать любым, вообще любым оружием в мою сторону, вывел меня окончательно. Нет, я не собирался взорвать весь этот мир к чёртовой матери. Хотя, перспектива неплохая. Стадия моего бешенства была гораздо опаснее.

Я был спокоен. Совершенно, абсолютно спокоен. Холодное, отдающее скрежетом металла, равнодушие. И это не очень хороший признак. В данный момент любого, кто хотя бы посмотрит косо в мою сторону, я просто уничтожу на месте. Испепелю.

Наверное, по той же самой причине мне не захотелось врать или сочинять подходящую для патологоанатома версию.