— Подозреваю, — заметила Иста, — рейна — не то качество, из-за которого меня сюда прислали. Статус не имеет для богов никакого значения в отличие от нас. Между рейной и горничной с их точки зрения нет различия.

— Но, согласитесь, горничных всё-таки больше. — Она безрадостно улыбнулась:

— Таково, видимо, моё призвание. И это не мой выбор. Я притягиваю богов. Как кровь — мух.

Он взмахнул слабой рукой, возражая против такой метафоры:

— Признаюсь, никогда не думал о богах как о мухах.

— Если честно, я тоже. — Она вспомнила, как смотрела в те тёмные бесконечности. — Однако размышление об их истинной природе вредит моему… разуму, как мне кажется. Вытягивает из меня нервы.

— Но, должно быть, боги знают, что делают. Откуда вы узнали, что мне снилось? Я видел вас три раза, когда просыпался во сне. Дважды вы сияли сверхъестественным светом.

— Мне тоже снились те сны.

— Даже третий?

— Да.

Это всё же не сон, но её смущал их внезапный поцелуй. Хотя после действий Каттилары он казался весьма скромной слабостью… Он откашлялся:

— Приношу извинения, рейна.

— За что?

— А… — Он взглянул на её губы и отвёл взгляд. — Просто так. — Она попыталась не думать о вкусе его губ. Горам подтащил к кровати Иллвина немного покосившееся кресло для неё и поставил в изножье табурет для Лисе, а сам прислонился к дальней стене и принялся слушать. Исте и Иллвину было одинаково, как ей казалось, сложно смотреть друг на друга.

— Предположим, — начал он снова, — что то, что вы тут оказались не, случайно, а благодаря молитвам… ну, — смущённо прочистил горло, — некого человека, должны распутать клубок событий. Так?

— Скажем лучше, восстановить их цепь. Потому что способ распутать их от меня пока ускользает.

— Я подумал, что у вас есть власть над демоном Катти. Почему вы не изгоните его?

— Я не знаю как, — печально призналась она. — Бастард дал мне второе зрение — вернул его мне, лучше сказать, потому что боги тревожат меня уже не первый раз. Но бог не дал мне никаких указаний, за исключением того, что они каким-то образом связаны с мужчиной, которого я вижу в снах. — И наоборот. Если задуматься… не было ли появление ди Кэйбона в конце загадочного второго поцелуя Бастарда каким-то намёком? — Бог послал мне духовного проводника, мудрейшего ди Кэйбона, и я жажду выслушать его совет, прежде чем следовать дальше. Насколько я знаю, он изучал материалы о том, как отправить демона обратно к хозяину. Уверена, он тоже должен был оказаться здесь. Но я потеряла его в пути, и теперь беспокоюсь о нём. — Она помолчала. — Не нужно спешить. Не вижу ничего хорошего в том, чтобы избавить Эриса от тела и обречь его на существование заблудшего духа. — Он замер:

— Духа? Вы уверены?

— Я видела его вчера, когда чары на время потеряли силу. Ничего… не произошло, а должно было. Когда смерть распахивает двери души перед богами, появляется белая вспышка; это великое событие. Проклятие — это не только тишина, это ещё и медленное застывание. — Она потёрла усталые глаза. — Более того, если бы я знала, как ему найти путь к богам, уверена, Эрис смог бы убедить свою жену отпустить себя. Ведь если он не сможет убедить её, то кто тогда? Боюсь, не я. И даже если она его отпустит… демон, с которым она связана, производит впечатление могущественного и искушённого.