— Дурачьё, — покачал головой толстячок. — Пошли, Мирон!

— Подождите, — кузнец, нахмурившись, посмотрел на нас. — Ребят, ну это же… мечта!

— Мирон, — я миролюбиво улыбнулся кузнецу. — Поступай, как считаешь нужным. Наше отношение к тебе не изменится.

— Но почему! — здоровяк всё никак не мог взять в толк, как можно отказаться от такого щедрого предложения. — Это ж… Раз в жизни шанс выпадает!

— Кстати, — от Акакия Ивановича так и дохнуло тщательно скрываемым злорадством. — Пятёрка Громова сделала норму в первую же вылазку. Организаторы уже зачислили им сотню очков, и некоторые из гимназистов уже убыли в… более комфортные для проживания места.

— Это было ожидаемо, — несмотря на мой ровный голос, внутри всё-таки что-то предательски дернулось. — Мы остаемся до конца.

— Ваше право, — подал плечами толстяк. — Мирон?

— Ну ты понятно, — Мирон посмотрел на Романа. — Но вы-то почему, а?

— Знаешь, Мирон, почему наша семья сбежала из соседнего княжества? — неожиданно протянул Фил и, не дожидаясь ответа, продолжил. — Потому что сила Крудау не в активах и умении делать деньги из воздуха. И даже не в Родовой способности. Наша сила в том, что у каждого Крудау есть Чуйка.

Филипп сказал так, что сразу стало понятным, что это слово нужно произносить непременно с большой буквы.

— Благодаря Чуйке мы выжили. И эта же самая Чуйка говорит мне, что скоро возможно… — Фил взглянул на меня, — поступит более интересное предложение.

— Ниче не понял, — сокрушенно покачал головой Мирон. — А ты, Славик?

— М-михаил идёт п-путем Ч-чести, — наш очкарик сумел удивить меня в очередной раз. — р-рядом с ним с-спокойно.

— Михаил, ну ты-то им скажи! — раненным медведем взревел Мирон. — Ну ты-то сам куда? Не будешь же вольным всю жизни ходить!

— О, Мирон, — я непроизвольно усмехнулся. — Я собираюсь официально основать свой Род.

Я немного полюбовался на распахнувшего рот Мирона, на кивнувшего своим мыслям Фила, на непривычно торжественного Славика и на задумчиво смотрящего на меня Романа.

И добавил:

— Ах да, а ещё к концу практики я намерен получить дворянский герб.

Глава 11

— Ух ты, — совсем по-детски протянул Мирон. — Дворянский герб? Правда?

— Чистая, — подтвердил я.

От Мирона так и повеяло нерешительностью. Кузнец разрывался между мечтой и желанием быть как все.

Роман излучал довольство, будто биржевой аналитик, который за неделю до пика предсказал рост акций.

Филипп и Славик так и фонтанировали эмоциями: Фил — любопытством, Слава — радостью.

А вот от Акакия Ивановича явственно шло раздражение вперемешку с усталостью.

— Как же я устал нянчиться с недорослями! — наконец-то вздохнул княжий представитель и, махнув рукой, повернулся на выход.

Я так понимаю, под «недорослями» он имел в виду «школоту?» Хех, видимо, мужик и впрямь подзадолбался.

— Надумаешь, приходи, — бросил он Мирону и вышел из дому.

— Вот так вот, — закручинился кузнец.

Беспомощно переводя взгляд с одного из нас на другого, он явно решал для себя какую-то важную внутреннюю дилемму.

— Мирон, — я встал с койки и положил руку на плечо здоровяку.