|
Но случилось невероятное, – то, о чём было сказано выше. Слово адмиралу флота СССР Н. Г. Кузнецову: «Анализируя события последних мирных дней, я предполагаю: И. В. Сталин представлял боевую готовность наших вооружённых сил более высокой, чем она была на самом деле. Совершенно точно зная количество новейших самолётов, дислоцированных по его приказу на пограничных аэродромах, он считал, что в любую минуту по сигналу боевой тревоги они могут взлететь в воздух и дать надёжный отпор врагу. И был просто ошеломлён известием, что наши самолёты не успели подняться в воздух, а погибли прямо на аэродромах».
Через неделю обнажилась катастрофа Западного фронта. Зная это и потеряв веру в высший комсостав армии, Сталин начал брать руководство войсками в свои руки. Уместно, думается, напомнить вот что. В отличие от западных приграничных военных округов, военно-промышленный потенциал страны был 22 июня 1941 г. в полной боевой готовности. Например, авиационная промышленность, работавшая с 1939 г. в усиленном темпе, быстро восполняла чудовищные потери самолётного парка, понесённые в первые дни войны. Следует также напомнить читателям, что военную-то промышленность, в том числе и авиационную, в последние перед войной годы курировал как раз лично И. В. Сталин. Но Сталин в предвоенные годы не занимался непосредственно оперативно-тактическими вопросами вооружённых сил, никогда не инспектировал войска, не проверял их боеготовность, полностью полагаясь в этом деле на Наркомат обороны, как это всегда делал, когда Наркомом обороны был К. Е. Ворошилов. У Сталина хватало забот: геополитика, сложнейшие вопросы дипломатии, громадное хозяйство страны … В своей речи 3 июля 1941 г. по радио он, уже разобравшись в военной обстановке, сказал горькую правду народу, но не упрекнул ни словом армию и её комсостав, спасая тем самым их авторитет в критический момент истории страны. Он верил в стойкость своего народа, в первую очередь русского народа. И народ верил ему. И только невероятными усилиями всего Советского народа под руководством Сталина удалось поправить положение и в конечном итоге одержать Победу.
В. Т. ФЕДИН
Глава 8. Совещание
Сравнение предвоенных командующих ВВС РККА с Г. Герингом. Пустозвонство командующего ВВС П. В. Рычагова, зажим талантливых авиационных военачальников накануне войны. Обман Правительства СССР Генштабом и поддержание радиосвязи Красной Армии на преступно низком уровне. Предательство командующего Западным Особым военным округом генерала Д. Павлова, «странное поведение» бывшего начальника Генштаба РККА К. Мерецкова.
Опять двадцать пять
Генерал-полковник, герой Советского Союза В. В. Решетников написал воспоминания о Главном маршале авиации А. Е. Голованове «А. Е. Голованов. Лавры и тернии». Сами по себе эти воспоминания служат хорошим предлогом поговорить на тему, какие у нас в Советской Армии были генерал-полковники. Но не о Решетникове сейчас разговор, просто он снова в качестве довода тупости Сталина в военно-воздушных делах оспорил утверждение А. Е. Голованова, что предвоенный командующий ВВС П. В. Рычагов взял «на себя дело и ответственность не по силам». Для этого В. В. Решетников привёл цитаты из мемуаров Г. К. Жукова, касающиеся тогдашнего начальника Главного управления ВВС КА П. В. Рычагова, и Совещания высшего командного состава РККА в декабре 1940 г. В. В. Решетников так пишет о П. В. Рычагове: «Профессиональный военный, бывалый боевой лётчик, командовавший до этого рядом авиационных частей, а затем и Военно-воздушными силами дальнего Востока. Был он и заместителем командующего ВВС Красной Армии. |
