Сколько радостей в жизни четы: за тобой следит растроганный взгляд другого, его благосклонный слух настроен на твою волну, вместе вы совершаете нечто значительное, дерзаете на то, что одному не под силу. Когда рядом со мной любимое существо, свидетель всех моих поступков, я спасен. Добродетель совместной жизни — снисходительность. Тебя принимают таким, какой ты есть, с твоими слабостями, тебя не казнят. Исполнение приговора отложено. Можно не думать об имидже, тогда как там — в обществе — я должен постоянно доказывать, на что я способен. Нам лень покидать этот кокон блаженства, превращаться в общественное животное, носить маску, представляться шутником, краснобаем. Очаровательна возможность наедине быть глупым, болтать о пустяках, дурачиться без риска навлечь на себя гнев цензуры, придумывать другому имена, оспаривая акты гражданского состояния.

В гармонии супружества чувство наслаждается собой, оно — и режиссер, и спектакль, оно говорливо и красноречиво. Жизнь вдвоем — рутина, но рутина счастливая, в ней обещание надежности. Радость привычных вещей, удовольствие каждый вечер видеть любимого возле себя. Не обременять его своей привязанностью, не докучать ему; основа самой тесной близости — точность дистанции. Мне нужно, чтобы другой был рядом: тогда я могу перестать думать о нем, не терзаться его отсутствием.

Что касается мук любви, они неотделимы от счастья; нам нравится страдать, исчезни вдруг эта боль — эта мука-услада, без нее мы затоскуем. Можно сколько угодно оскорблять, проклинать любовь, упиваться дешевым пафосом, — вопреки всему именно любовь, и только она, дарит нам ощущение высокого полета, в ее волшебном плену переживаем мы самые драгоценные этапы судьбы. Быть может, страсть сулит несчастье, но еще большее несчастье — никогда ее не испытать.

Часть вторая

Идиллия и разлад

Глава IV

Брак по склонности: благородный вызов

Чтобы верно представить себе бездну горя, в которой осуждена жить женщина, нужно быть замужем или иметь за плечами опыт замужества.

Получил сегодня две эсэмэсмки от своей подружки. В первой она сообщила, что все кончено… Во второй — что она ошиблась адресатом.

Чтобы к жизни вернуться, я пытался тебя разлюбить. Чтобы вернуться к твоей любви, я жил очень плохо.

Поль Элюар. Сама жизнь

В XIX веке в одном из замков Нормандии старая дама, ожидая смерти, вспоминает блистательные годы юности. Внучка с белокурыми косами, сидя рядом, читает ей хронику происшествий из газет — сплошь драмы ревности: жена облила серной кислотой любовницу мужа, продавщица застрелила из револьвера ветреного молодого любовника. Возмущенная этими историями бабушка сожалеет об исчезнувшей галантности дореволюционных времен:

Девочка моя, послушай старуху, которая пережила три поколения и хорошо разбирается и в мужчинах, и в женщинах. Брак не имеет ничего общего с любовью. Люди женятся, чтобы основать семью, а семью образуют, чтобы организовать общество. Без брака оно обойтись не может. Если общество — цепь, то каждая семья — одно из ее звеньев. Звенья должны быть крепко спаянными, для этого всегда подбирают сходные металлы. <…> Женятся только раз, девочка, потому что этого требует мир, а любить можно двадцать раз в жизни — такими создала нас природа. Видишь ли, брак — это закон, а любовь — инстинкт, и он толкает нас то влево, то вправо. Для борьбы с инстинктами создали законы, это было необходимо, но инстинкты всегда сильнее, и не стоит слишком упорно им сопротивляться, ведь инстинкты от Бога, а законы всего лишь от людей.

Напуганная этими рассуждениями внучка восклицает: «Что вы, бабушка, любить можно только один раз <…>, брак — это святое». В ответ старушка противопоставляет учтивость старой аристократии романтическим бредням нынешнего века, который подавил все радости бытия:

Вы верите в равенство и вечную страсть.