Возможно, мы и держались друг за дружку именно потому, что у нас обоих родных родителей рано не осталось. Ее просто подбросили младенцем ко входу в роддом. А мои погибли при взрыве лаборатории, когда мне было всего четыре года. Они оба у меня были учеными. Работали совместно над каким-то секретным проектом, но что-то пошло не так, и в итоге взрыв. Собственно, мой приёмный отец, Семен Валерьевич, был начальником охраны той самой лаборатории, а еще и близким другом моего родного отца Дмитрия. Именно поэтому он сам вызвался усыновить меня. Более того, никогда не скрывал от меня правду о настоящих родителях. Но вчера он явно перегнул палку в своих высказываниях насчет Ирки. Не могла она так поступить. Не могла, и все тут.

С раздражением ударив кулаком по кровати, я резко поднялся. Хватит лежать. Пора собираться и ехать в Москву. Если тут ничего не нашли, то вариант только один. Столица. Больше ехать некуда. Конечно, у меня самого мелькали мысли насчет того, что Ира просто уехала. Тут надо самому честно признаться в этом. Вот только странно это. Почему вещи не взяла? Ну или хотя бы деньги. Можно было еще допустить похищение, но и тут возникал вопрос. Кто и зачем? Мне никто не звонил, да и жили мы не так что бы богато. Да, я неплохо зарабатывал. Но всех наших сбережений не хватит даже, чтобы машину купить. Причем не только новую, но и относительно нормальную б.у. Я вон до сих пор езжу на работу в электричке. А живем мы в трешке, что осталась от моих родителей, хотя и хорошего проекта, но все же не новострой. Что с нас взять?

Вариант с самым плохим исходом взялся проверять мой брат. Сам я боялся даже думать об этом. А вот Андрюха перешерстил все морги и, более того, проверил по своим каналам все выехавшие из города машины. Ни в одной из них моей жены и ребенка не было. Да и телефон ее так и не смогли обнаружить. Он просто исчез так же, как и моя семья. Опять брат постарался и смог добиться от мобильного оператора данных о телефоне. Вот только координат мобилы не было. Последний сигнал ее смартфона оператор зафиксировал возле нашего дома, а после связи больше не было.

С братом, в итоге, я тоже поругался. Андрей слишком часто стал намекать на то, что если за трое суток не нашли никаких концов, то скорее всего, моей семьи в живых уже нет. Мол психов и маньяков всегда хватало. Вот и осталось всего два варианта: попали под руку какого-то психа, или Ира уехала сама. Естественно, оба этих варианта я отметал. Иришка у меня может с виду девушка и хрупкая, но за сына любого маньяка скрутит в бараний рог. Как-никак десять лет занималась спортивной гимнастикой. Это конечно не боевые искусства, но уж убежать от психа в состоянии, если что. Понимаю, что это слабая версия, но вот не верю я в то, что на нее кто-то напал, и все тут.

Быстро приготовив себе завтрак, и наспех запив еду чаем, я выскочил из квартиры. На работе мне дали отпуск на две недели в связи с моими обстоятельствами. Так что времени у меня был вагон. Проблема была только в зацепках, которых нет. Вся надежда на столицу. Может там получится что-то обнаружить. Начать, естественно, я собирался с вокзала. Если Ирка и поехала в Москву, то только на электричке. По-другому ее бы засекли камеры дорожной полиции на дорогах. Впрочем, в электричках такие камеры тоже были установлены, но все прекрасно знали, как быстро вандалы выводили из строя подобные устройства. Не любит наш народ, когда за ним наблюдают. Ну или просто по пьяни. В любом случае, надежды на видео нет никакой. Половина вагонов без камер.

Выйдя на улицу, посмотрел в сторону остановки маршрутки. Народу стояла целая толпа. М-да. Логика налицо. От моей шестнадцатиэтажки на Саввенском до вокзала идти минут десять. Но народ упорно ждет маршрутку. Неужели опоздать на работу лучше, чем пройтись пешком? Странные люди.