Лучше уж встречаться иногда для восхитительного необременительного секса. Физиологического.

После второго Мартини нас пригласили к столу практически в стиле Василия Алибабаевича — «эй, молодежь, валите за стол уже, пожалуйста!» Когда мы сели рядом на подготовленные места, поднялся Второй и вежливо постучал вилочкой по бокалу:

— Дамы и господа, ледиз энд джентльменз! Сегодня мы собрались здесь все вместе, как будто ещё не надоели друг другу на работе, чтобы отпраздновать знаменательное событие. Нашему дорогому и нежно любимому девушками Первому, то есть, Андрею Кузьмину, исполнилось двадцать восемь годиков!

— Урурушеньки, — с воодушевлением отозвалась Петровна.

— Согласен с вами, коллега, — кивнул Второй. — Так вот. Двадцать восемь — это тот возраст, когда мальчик вроде уже наигрался, а где-то сиротливо плачет непосаженное дерево и ржавеют кирпичи. Что я хочу тебе пожелать, Андрюха? Построй ты уже этот дом, посади дерево и начинай работать над производством сына, часики-то тикают! За тебя, Кузьмин!

Кузя хмыкнул и поднял бутылку пива:

— Спасибо, неплохой тост, ты поработал над собой!

— Да, в прошлый раз это было пОшло, — фыркнула в бокал Петровна.

— А что было? — любопытно спросила я. Кузя помотал головой:

— Никогда не расскажу, и никому не советую, иначе будет больно!

— Расскажешь, — тихонько шепнула ему на ухо. — Мне — расскажешь.

— Только под угрозой убийства, — так же тихо ответил он мне.

— Посмотрим!

— А сейчас передаю слово шефу, — скромно сказал Второй, выпил остатки коньяка и сел.

О, наконец-то я познакомлюсь с пресловутым шефом, которого ещё пока не видела! Обвела взглядом сотрудников, но никого нового не заметила. Зато поднялся совершенно невзрачный мужичок, похожий одновременно на сухонького бухгалтера и на старую полицейскую ищейку. Он поднял бокал газировки и сказал негромко:

— Андрей, с днём рождения. Мы тут собрались всем коллективом и решили подарить тебе небольшой, но приятный пустячок.

Он выдержал эффектную паузу, а потом продолжил, сделав короткий, но точный жест в сторону бара. Туда с некоторым опозданием метнулся курьер Макс и принёс ноутбук, который поставил перед Кузей. Я с любопытством уставилась на экран.

— Это не стол, это космическая станция, — пробормотал Кузя, но было видно, что он растроган до глубины души. Стол и правда был странным, как в сериалах про американские спецслужбы, где работают супер-аналитики. Экраны с клавиатурами не стояли на столешнице, а спускались сверху, из-за спинки кресла. И вся конструкция одновременно напоминала стоматологическую установку.

— Ребята… Ну вы даёте!

— Не благодари, не стоит, — закончил поздравительную речь шеф. — Главное — это продуктивно трудиться.

— Аминь, — хмыкнула Петровна.

— За это стоит выпить! — провозгласил Второй.

И мы выпили.

Потом ещё выпили — за здоровье «новорождённого», и ещё раз — за профессиональные успехи. На этом тосты закончились и началось развлекалово. Мальчики уселись резаться в Мафию, девочки прочно заняли караоке. Я, как девочка, тоже пела. Правда, назавтра следовало ожидать даже не дождь, а ураганный ветер и грозу, но всё это завтра. Сегодня я самозабвенно выла в микрофон про то, что делать, если б не было тебя, про лабутены нах и про меняющийся цвет настроения.

Через полчаса пришлось уступить место старшему поколению, которое забросало лабутены презрительными «фи» и поставило песни про кабриолет, Натали и про всевозможные цвета роз — белые, розовые, алые и чайные.