– Чё за херня?! – пробормотал Овцов.

– Глюки? – помыслил и Баранов.

– Брось! – вскричала Ева, вырывая нож у Лилит. – Щас лживые головы ещё немного поговорят и мы из свидетелей превратимся в обвиняемых!

Полиция опустила залипшие в воздухе ручки, основательно проперделась и решительно сжала жёсткие рты. Дьявольская дочь мельком оценила обстановку и бросила попутчице:

– Мля! Короче, валим, нахрен, по ходу решим!..

Девоньки одним прыжком одолели расстояние до дверей и скрылись из поля видимости.

– Преступницы убегают! – моляще вскричала голова Хоха. – Ловите!..

– Да-да, хватайте кровавых бесстыдниц!.. – поддакнули другие головы.

– Мама, – простонал следователь с красивыми усиками и провалился в обморок. Розыскники едва успели подхватить безвольное тело.

***

Девульки выскочили в холл, а оттуда в традиционно серо-зелёный коридор морга, и понеслись к выходу на всех парах. Мимо каталок, накрытых простынями. Первая стометровка, вторая, третья… Дыхание прерывалось, ножки подустали, – а коридор всё так и не заканчивался.

– Чёт мы долго выбираемся! – сообразила Лилит, переходя на шаг. А затем и вовсе встала на месте. Остановилась и Ева.

– Как бы – да, – подтвердила дочь Бога. – У меня аж подмышки вспотели.

– И не только подмышки, – не удержалась от хаханек дьявольская дочь, поправляя платье на бёдрах. – Слышь, а может мы уже не в морге, а где-то?..

Девоньки осмотрелись, скользя глазками по стенам и по каталкам вдоль них.

– Мы в морге, – ответила Ева. – Ты знаешь, Лили, что когда морг большой, то иногда покойников кладут в коридоре. Типа некуда.

– Тогда, когда холодильник забивают домашними обедами врачей, – усмехнулась Лилит. – Поэтому несчастные трупы и обречены куковать в коридорах…

– Кто смел молвить, что трупы несчастные?! – на ближайшей каталке сел мертвец. Синий и страшный утопленник.

– Несчастные, несчастные! – вскочил с соседней каталки другой мертвец, с перерезанным горлом. – Никакого, сука, личного пространства нет, – ни в носу поковыряться, ни задницу почесать…

– Если ты стал трупом, то нехер почёсываться! – ожила третья каталка, где находился бородатый старик с фиолетовым носом. От него так несло перегаром, что девчонки ожесточённо замахали ручками перед чувствительными носиками:

– Ффууу!..

Многочисленные трупы садились на своих каталках, по ходу чихали, монотонно ругались, оживлённо переговаривались, разминали затёкшие члены тел. Коридор наполнился атмосферой жизни, в рамках смерти.

– Я пришел в этот мир, хотя со мной никто предварительно не посоветовался… И покидаю его, хотя не давал на это согласия… – такой речитатив выдал толстый покойник, не пожелавший сесть. Ручки на груди, блаженные глазки – в потолок. Реверберация отскакивала от стен причудливым эхом.

Девчонки в некоей прострации оглядывались. Любое царство зачаровывает, а царство мёртвых так особенно! И особенно, если ты сам не покойник!

Морг – то место, где мертвецы присутствуют постоянно.