В указанное в ответном послании время и место я прибыл по обыкновению раньше, чтобы осмотреться и определить уровень своей безопасности. В условленное время появился статный мужчина в черном пальто с белым шарфиком, в черном котелке, с тростью в руке.

Такая одежда в то время была характерна для сотрудников западных посольств. В качестве опознавательного знака мужчина в руке держал газету «Правда», изданную за три дня до даты встречи. Не исключено, что этот человек, у которого на лбу было написано, что он дипломат, не умел говорить по-русски, а если говорил, то с таким акцентом, что любой человек, услышавший наш разговор, почел бы своим долгом бегом побежать в НКВД и сообщить об увиденном. От таких мыслей в каждом проходящем человеке мне виделся сотрудник органов, который следит за мной, за представителем Центра, за женщиной, идущей с сеткой-авоськой в магазин, за рабочим, прикуривающим папиросу на улице. Это уже мания. Нужно немедленно уходить с этого места и использовать второй запасной вариант закладки сообщения в тайник.

В сообщении я высказал свое мнение по поводу организации встречи и потребовал, чтобы на следующую встречу ко мне прибыл тот, кого я знаю лично, и кто превосходно владеет русским языком.

Через неделю по почте я получил сообщение, «что друзья по службе в Красной Армии» будут ждать меня в таком-то месте. Поразмышляв, я пришел к мнению, что моим другом по Красной Армии мог быть только подполковник Мюллер. С ним я виделся, когда действительно находился в Красной Армии.

Как и было условленно, 23 февраля 1929 года я встретился с представителем, которым действительно оказался подполковник, вернее полковник, Мюллер. Вначале мы прошлись навстречу друг другу по противоположным тротуарам, убедились, что за нами никто не следует, и на следующей улице разыграли случайную встречу двух знакомых людей. На трамвае мы проехали в парк Сокольники и, прогуливаясь по пустынным аллеям, спокойно поговорили о наболевших вопросах.

Мюллер вначале рассказал об обстановке в Германии и об отношении к моей работе. В Германии происходили события, аналогичные революции в России. Уставшие от войны люди вынудили кайзера Вильгельма уйти от власти. Возвратившиеся из России пленные, социал-демократы решили повторить опыт России по созданию в Германии государства рабочих и крестьян. Но верные части вермахта, полиция подавила вооруженные выступления и установила относительный порядок в стране.

В период беспорядков во время перестрелки погиб Густав. Его долго искали, так как при нем не было никаких документов, указывающих на профессиональную принадлежность.

В июле 1919 года в городе Веймаре состоялось Германское учредительное национальное собрание, принявшее Веймарскую конституцию, закрепившую переход от полуабсолютистской монархии к демократической республике. По конституции были введены всеобщие выборы и пропорциональное представительство при выборах в рейхстаг, выборный глава государства – президент.

В Компьенском лесу во Франции было подписано перемирие между Германией с одной стороны и Англией, Францией, США и другими государствами, воевавшими с Германией. Перемирие было заключено на 36 дней, но фактически действовало до подписания Версальского мирного договора в 1919 году. По этому перемирию Германии пришлось отказаться от Брест-Литовского мирного договора с Россией.

Версальский мирный договор фактически ограбил Германию, но показал, что Германия была и остается самым сильным государством в мире.

– Посуди сам, – сказал мне Мюллер, – Германия практически была одна, а против нее воевали США, Великобритания, Франция, Италия, Япония, как главные союзные державы, а также Бельгия, Боливия, Бразилия, Куба, Эквадор, Греция, Гватемала, Гаити, Хиджаз (сейчас это только провинция в Саудовской Аравии), Гондурас, Либерия, Никарагуа, Панама, Перу, Польша, Португалия, Румыния, Королевство сербов, хорватов и словенцев, Сиам, Чехословакия, Уругвай.