Я имею в виду только тех, кого сейчас проверяют органы НКВД, это бывшие наши военнопленные, которых освободили из немецких лагерей, и часть окруженцев, в основном тех, кто после окружения их частей долгое время проживал на оккупированной территории и не мог пробиться к своим. Все они требуют тщательной проверки, это понятно, но работать они могут.

В Сталинграде сейчас функционирует один такой спецлагерь в Кировском районе, в Бекетовке, и планируется их создание на всех восстанавливающихся крупных оборонных предприятиях Сталинграда. Там будут проходить проверку тысячи людей. Но это пока что только перспектива, планы на будущее, так как для этого банально требуется специальное разрешение органов безопасности для привлечения этих людей к работе на конкретных объектах. Бюрократия никуда не исчезла даже в военное время.

Так же обстоит дело и с самым, пожалуй, перспективным контингентом, немецкими военнопленными. Среди них много тех, кто прекрасно знает свою технику, особенно водители, механики-водители и всякие ремонтники, и их привлечение было бы чрезвычайно полезным для дела. Они могут разобрать свои машины с закрытыми глазами. Но это пока тоже только перспектива и очень, на мой взгляд, туманная. Немцев просто так к работе не допустят, тут нужны решения сверху.

Поэтому самый верный и простой путь на данном этапе, это временное привлечение рабочих с крупных восстанавливающихся предприятий, которые уже здесь, на месте. Главное в этом моём предложении именно временность их привлечения, только на первое время, пока не удастся укомплектовать собственные постоянные ремонтные бригады из других источников. И здесь главным и определяющим фактором является банальная бюрократическая процедура оформления людей на довольствие.

Всех, кто начинает работать на восстановлении города, надо, выражаясь армейским языком, сначала поставить на довольствие, оформить документы, так как людям надо банально каждый день что-то есть и где-то спать. А по факту единственным источником гарантированного, конечно, весьма скудного в условиях продолжающейся тяжёлой войны продовольственного снабжения являются только государственные органы и предприятия. Больше взять негде.

И пока на привлечённых со стороны людей будут оформлять рабочие карточки, проверять документы, вносить в списки, некоторые попросту будут голодать, а голодный работник, это не работник. А с заводскими рабочими этих проблем нет совершенно, они уже оформлены, получают свой паёк, имеют крышу над головой в общежитиях или на крайний случай землянках и старых блиндажах.

Выслушав меня внимательно и одобрительно кивая, Круглов предложил самый простой и быстрый вариант решения вопроса.

— Вот что, Георгий Васильевич, я тебе скажу, как партиец партийцу. Давай так сделаем. Пусть эти твои ремонтники будут для начала формально в нашем заводском штате. Я сегодня же организую специальную бригаду по разборке трофейной техники, подберу толковых ребят, и уже завтра мы начнём работать вовсю. У нас на восстановлении завода сейчас работают не только наши штатные довоенные рабочие, вернувшиеся из эвакуации, но и просто вольнонаёмные, которые прибывают каждый день. Вот среди них мы в первую очередь и поищем нужные кадры, людей с головой и руками. Устроит такой вариант?

— Владимир Иванович, дорогой, — я с напускной обидой развёл руки в стороны, изображая недоумение, — да как меня может не устроить ваше предложение? Вы же меня просто спасаете, избавляете от недель бумажной волокиты.