«Смоченные болты» стали использоваться реже, однако каждый раз, выпуская светящуюся, как звезда, стрелу, враги очищали своих от «Контроля». Выходило, что Последователи Рюгуса тратят драгоценную ману на заклинание, но на долго марионетку не получают.

В войске Цунтера и его союзников тоже нашлись те, кто способен влиять на разум противника. Последователи Кирияны в приметных белых рясах, как и хиллеры неприятеля, держались позади основных сил так, чтобы мы не могли до них добраться. Они периодически «выключали» из боя кого-нибудь из наших, заставляя несчастного расходовать все свои параметры, лишь бы избавиться от морока. На это уходило куча маны, здоровья и энергии, но что самое подлое — пока человек боролся с иллюзией, реальные враги рубили его тело.

— Давай! — выкрикнул поравнявшийся со мной воин, разведя в стороны щит и меч.

Бимми использовал на вас Провокацию. В течение десяти секунд вы не можете атаковать других противников.

Как только я перестал дистанционно использовать «Спокойствие Тьмы», повышавшее регенерацию союзникам и распугивающее врагов, и сунулся в ближний бой, тут же оказался привязан одним из умений Последователей Эйнара. Предсказуемо, но малоприятно. Хорошо, что этот Бимми всего лишь пятидесятого уровня и здоровья у рядового бойца меньше тысячи.

Трезубец Тьмы.

Силовой удар.

Я нанес еще три удара, и парень попятился, намереваясь поменяться местами с бойцом из второго ряда. Однако не успел, сраженный мечом моего соседа.

Сражаться в плотном строю — не самое приятное занятие. Куда больше мне нравится биться там, где есть место для маневров. Одолев троих, я начал отступать как раз в тот момент, когда рядом возник рыжебородый Грейв:

— Старший Адепт, наши докладывают, что враг это… рассасывается. Как бы не окружили.

— Сообщи барону Гоцу, — тут же велел я.

Я прекрасно понял, о чем говорил один из лучших моих бойцов. Сам заметил, что враги перестали давить по главной улице и небольшими отрядами начали разбредаться по деревне. Человек десять, например, сейчас обходят дом слева от меня.

— За мной! — махнул рукой двум боевым пятеркам селян и пятерке воинов барона. По договоренности во время боя я, Гоц и Уна можем командовать любыми воинами, кроме Адептов чужого Бога.

— Эх… жалко, что без волков… — проворчал бегущий подле Голин.

— Успеешь еще наездиться, — отозвался я. В глубине души полностью согласен с мужиком, но всадникам не место на узких улицах. Кавалерия господствует в поле, здесь же, при такой плотности построек и людей совершенно бесполезна. Даже рыцари сейчас сражаются пешими.

— А-у-у!!! — раздался протяжный одинокий вой, мгновенно подхваченный сотнями волчьих глоток.

— О, вспомнишь о мохнатых, а они тут как тут! Сейчас потрепят врагам задницы! — торжествующе улыбнулся Голин.

Вой звучал все ближе и ближе. Хех, еще один мой план сработал. А ведь Уна и Гоц, мягко говоря, смотрели на меня с подозрением, когда я сообщил им, что командовать волками могу доверить лишь Велле.

— И что, собака сможет подобрать нужный момент для удара? — не верила волшебница.

Похоже смогла. Задача волков состояла в том, чтобы захлопнуть котел — когда все противники окажутся в деревне, на максимальной скорости рвануть из леса и ударить сзади. Время они выждали. Молодцы. Теперь мне начинает казаться, что мы не просто продержимся до тех пор, пока Глозейск не закончит ритуал, а сможем еще и победить. Полностью сокрушить врага!

— В бой! — закричал я, когда мой небольшой отряд, повернув из-за угла дома, лоб в лоб столкнулся с противниками.

— За Бога Тьмы!!! — боец двадцать шестого уровня без страха обрушил свой топор на щит противника пятидесятого.