Итак, пехотинцы с криками ринулись на площадь.

— Негодяи и бунтовщики, разойдись! Разойдись! Бросьте оружие! Разойдись!

Цепь распалась, и преисполненные рвения, распаленные гневом англичане хлынули на площадь перемешанной толпой. Дисциплина рухнула в мгновение ока. Слишком долго солдаты дожидались начала похода, слишком долго брели болотами, проваливаясь в воду по пояс; они были голодные, мокрые, грязные.

Неожиданно прогремел выстрел. И тогда беспорядочная толпа «красных мундиров» дала залп. Майор Питкерн пришпорил коня и, размахивая шпагой, отчаянно требовал прекратить огонь. Никто не обращал на него внимания. Солдаты больше не повиновались своему командиру.

Джонас Паркер, сраженный пулей, рухнул как подкошенный. К ужасу Джейкоба английский пехотинец добил старика ударом штыка.

Колонисты открыли ответный огонь. По площади, скрывая всё и вся, пополз дым. «Красные мундиры» по-прежнему стреляли; тем временем к площади подошел английский арьергард. Увидев бой, подполковник Смит приказал барабанщикам бить сбор. К ружейному грохоту присоединилось стаккато барабанов; англичане покинули место сражения.

Когда дым рассеялся, Джейкоб попытался подсчитать убитых и раненых. Восемь колонистов были мертвы, еще девять — ранены, большинство в спину. Сердце молодого человека бешено заколотилось, к вискам прилила кровь. Он страстно желал воздать неприятелям по заслугам и разрядить им в спины мушкет. Но вместо этого он схватил оружие в руки и поспешил к Адамсу.

Утро девятого апреля 1775 года только разгоралось. Англичане находились в Лексингтоне с полчаса. Но за это время характер борьбы колонистов против метрополии претерпел кардинальные изменения. Во всяком случае, для Джейкоба Моргана болтовня и тайные ночные посиделки закончились. Противостояние стало открытым. Началась война.

Джейкоб следовал за Адамсом. За его спиной англичане, празднуя победу, салютовали из мушкетов и торжествующе кричали.

Выслушав доклад молодого человека, Адамс воскликнул:

— Какое замечательное утро! — И, увидев изумленное лицо Джейкоба, поспешно пояснил: — Я хочу сказать для Америки.

Новость о кровопролитии в Лексингтоне быстро облетала города. В то время как возбужденные недавней схваткой, согретые солнцем, подбадриваемые трубами и барабанами англичане маршировали к Конкорду, Джейкоб неспешно ехал за Адамсом и Хэнкоком в противоположном направлении. Навстречу им к Конкорду группками шли фермеры.

Адамс что-то радостно говорил скачущему за ним Хэнкоку, однако тот был погружен в свои мысли. За Хэнкоком следовал Джейкоб. Он размышлял над тем, что его ждет в Филадельфии. Когда Адамс предложил Джейкобу стать его охранником, молодой человек подумал, что для революции нет ничего более важного. А вот сейчас он уже не был в этом уверен. Адамс, без сомнения, постарается избегать тех населенных пунктов, где бесчинствуют англичане. Стало быть, им придется уклоняться от столкновений и постоянно переезжать с места на место — иными словами, Джейкоб всегда будет показывать врагу спину.

Он смотрел на фермеров, идущих сражаться с англичанами. Молодые и старые, высокие и низкорослые, в добротной одежде и в рванье, все с мушкетами и пороховыми рожками. Их объединяло одно: непреклонность в глазах. Эти люди знали, что им придется схватиться с отборными королевскими войсками, что они могут не вернуться домой к любимым, — знали, и все-таки шли навстречу опасности. Шли сражаться за свою землю. За свою страну.

— Джейкоб? Джейкоб!

Размышления молодого человека были прерваны резким окриком Адамса. Джейкоб успел осадить лошадь прежде, чем она налетела на лошадь его патрона. Однако Адамс не спешил говорить, он ждал, пока мимо них пройдут двое фермеров.