Изменить размер шрифта - +
Глаза ее были глубоки и темны, даже темнее, чем у Люка, но взгляд их был печален.

— Кто это, Люк? — украдкой указывая на нее, спросила я.

— О, это Джиттл, цыганка, гадалка-прорицательница.

— Она выглядит такой серьезной и озабоченной, — не без тревоги заметила я.

— О, она всегда такая. Что поделаешь — роль. Иначе люди не воспримут всерьез ее предсказания. Да ты не пугайся. Это не имеет никакого значения.

— Надеюсь, Люк, надеюсь, — пробормотала я.

Мы отъезжали от цирка. Я оглянулась и стала махать провожатым. Впереди было скоростное шоссе, по которому мы помчимся в новую жизнь. Проклятый Фартинггейл навсегда останется в прошлом. На горизонте столпились серые облака, но мы ехали от них прочь, прочь от холодных бурь и невзгод-непогод. Перед нами расстилалось безмятежное синее небо, оно манило, оно вселяло надежду. И даже мрачное лицо старой гадалки не могло затмить ослепительный свет солнца.

Я прижала к себе Ангела.

— Счастлива? — спросил Люк.

— Да. Я счастлива.

— А я-то как счастлив! Как поросенок в…

— В чем же?

— Да ни в чем. Все, теперь буду следить за своим языком. И вообще надо становиться лучше. Потому что теперь у меня есть ты.

— Ой, Люк, только не надо со мной как с принцессой обращаться. Мне предстоит учиться жить по-другому, в ином мире, среди других людей.

— Вздор! Ты мой ангел, ты спустилась ко мне с небес, не надо тебе ничему учиться. — Он вдруг улыбнулся. — Как ты смотришь на то, что нашего ребенка, если это будет девочка, мы назовем Хевен?

Как здорово он сказал — нашего ребенка, восхитилась я.

— Да, Люк, Хевен будет для нее прекрасным именем.

— Мы дадим ей двойное имя — Хевен Ли Кастил! — заявил Люк и засмеялся.

Впереди было солнце. И обещание счастья.

 

Глава 21

Уиллис

 

Дорога в горы оказалась долгой и нелегкой, особенно в таком автомобиле, как у Люка. Не успели мы выехать из Атланты, как на глухом участке шоссе двигатель перегрелся и моему мужу пришлось целую милю топать до ближайшей бензоколонки, чтобы пополнить запас воды, а мне — несколько часов прождать его в машине, да еще на жаре. Люк переживал и все время извинялся за такое неудобство, но я твердила, что ничего страшного не произошло, что подобная ерунда не может испортить мне настроение. Однако он все равно настоял, чтобы мы через несколько миль остановились в небольшой придорожной закусочной — попить и перекусить.

Люк взял мне лимонад, а себе банку пива, которую сразу выпил и тут же заказал вторую.

— Тебе не кажется, что ты пьешь слишком много пива, Люк? — спросила я.

Он помедлил с ответом, будто впервые задумался над этим.

— Не знаю даже… В наших краях это в порядке вещей — пить пиво или самогонку. Мы как-то не задумываемся.

— Возможно, ты не задумываешься именно потому, что пьешь слишком много, — мягко заметила я.

— Видимо, ты права. — Люк широко улыбнулся. — Вот ты уже и заботишься обо мне! И мне это нравится, Ангел. Теперь я уверен, что смогу стать лучше — благодаря тебе. И ради тебя.

— Ради себя тоже, Люк.

— Понимаю. И обещаю, Ангел. Я сделаю все, чтобы ты стала счастливой, а если что-нибудь во мне будет тебя огорчать, не стесняйся, ткни меня носом. Мне только приятно будет, — добавил он и поцеловал меня в щеку. От этого прикосновения пробрала сладкая дрожь. Как здорово, когда слышишь от молодого человека такие слова! Значит, ему действительно надо, чтобы я заботилась о нем.

Быстрый переход