— Да, мама, — кивнула я, хотя тяжелое предчувствие не покидало меня. Я боялась начинать жизнь в Фартинггейле одна. К тому же никогда еще рождественские праздники я не проводила без мамы и папы.

— Не волнуйся, мы все восполним тебе. Кстати, Тони выяснил, где здесь поблизости лучшее частное учебное заведения для девочек.

Это было для меня новостью. Я понимала, что не буду больше учиться в Бостоне, но думала, что просто перейду в обычную школу неподалеку от Фарти.

— А что это — частная школа?

— Да. Уинтерхевен. Неплохое название для учебного заведения, а? Так и чувствуется аристократический дух. Между прочим, список желающих попасть туда тянется на несколько ярдов, но Тони уверен, что ему надо лишь потянуть за кое-какие ниточки и ты будешь принята. Тем более ты отличница. Это школа с полным пансионом.

— Как?! Я буду жить там?

— Если пожелаешь, Майлс будет отвозить тебя туда в воскресенье вечером, а забирать в пятницу. А захочешь, можешь проводить там выходные. Ну не чудо ли? Представь, каких замечательных друзей ты там обретешь — из знатных, богатых, уважаемых семей. У тебя будет возможность бывать в обществе приличных молодых людей. Программа школы предусматривает по некоторым предметам совместные занятия с мальчиками из соседнего частного колледжа. Наконец-то ты окажешься среди людей своего круга, Ли! — с придыханием проговорила мать и вернулась к животрепещущей теме медового месяца.

А я застыла в оцепенении. Неожиданности одна за другой обрушивались на меня: я проведу праздники без семьи, перейду в частную школу-пансион для девочек, обзаведусь новыми друзьями. Моя жизнь действительно шла наперекосяк. Я должна была предвидеть это, но избегала мрачных мыслей, в глубине души продолжая надеяться, что все еще вернется на круги своя. А теперь подробности будущей жизни как стрелы протыкали мыльные пузыри надежд. И я ничего не могла поделать.

В Бостоне настроение омрачилось еще больше. Потому что дома не было папы, потому что я навсегда покидала родное гнездо, потому что разлетались в разные стороны и другие его обитатели. Дворецкий Кларенс и повар Свенсон вообще были для меня как родственники. Я помнила их с раннего детства, и мы были искренне привязаны друг к другу. Но, похоже, нам предстояло расстаться навеки. Правда, я с облегчением узнала, что отец подыскал им работу на своих судах. Океанские лайнеры всегда испытывали нужду в хорошем поваре, и талант Свенсона туристы оценят по достоинству. А Кларенс, как безупречный дворецкий, заслужил чести стать личным слугой капитана одного из судов.

Дома меня ждало письмо от папы. Оно было отправлено с Канарских островов. Кларенс не откладывая принес его мне, и по выражению его лица я поняла, что хозяйку, то есть маму, он в это не посвящал. Возможно, дворецкий следовал указаниям отца. От мамы у меня никогда не было секретов, но в данном случае я сочла, что лучше не расстраивать ее.

Я быстро вскрыла конверт и начала читать:

Дорогая моя Ли,

Надеюсь, ты будешь весела и здорова, когда к тебе попадет это письмо. Знаю, что некоторые жизненные обстоятельства омрачили твое счастье, но уверен, скоро все огорчения останутся позади. А я, со своей стороны, сделаю для этого все, что в моих силах. Плавание на Канары прошло без происшествий. Места здесь, между прочим, удивительные, и я рад, что утвердил этот маршрут. Скоро мы покинем острова и возьмем курс на Флориду, где в Майами состоятся переговоры с береговыми туристическими фирмами. В общем, продолжаю осваивать Карибский регион. Похоже, задержусь здесь на все праздники, но в новогоднюю ночь обязательно позвоню тебе. Где найти тебя, я знаю.

Да, Ли, я в курсе планов твоей мамы вступить в новый брак. Об этом мы говорили с ней, когда я последний раз был дома. Поэтому разговор и проходил в твое отсутствие. Я не хотел усугублять твои страдания.