|
И только вечером, уже закрыв двери одноэтажного офиса, рассчитанного на пять человек, она поняла — «переписал номер коробочки», диссипатора этого непонятного, который инструкция обязывала постоянно с собой таскать! Да еще эта «активация» тогда — палец колоть иглой прямо из этой коробочки… прям ритуал какой, брр! Придумали, тоже! С другой стороны — никто ж и не проверил? А коробочку ее «подчиненный» так и носит, все по инструкции. Вторую «коробку» она сунула своему племяннику — тот все равно развозит еду, мотается по всему городу — чем не дежурство? Ну и попросила смотреть по сторонам внимательнее, за четверть комитетских денежек — чего нет-то? А, ладно. Небось «сверху» требование зачем-то спустили — написано же в анкете про «допуск М», а она и сама до сих пор не знает, что это значит…
Конечно, будь «Комитет» как раньше частной конторой — она бы не посмела «мухлевать», но всем известно — государству наплевать на работу «на местах», если это не полиция какая-нибудь. Ну ходит она по школам, ну собирает анкетки по ученикам психологов, и что? Вон третьего дома семья до сих пор за деда пенсию получает, хотя того и в живых уже лет десять нет! И у озера целых двое таких. И ведь все знают — да молчат. А ее племянница, что в Фукусима, рассказывала, как они рабочих нанимают «с обязательным прохождением курса работы в опасных зонах». Да если у такого рабочего японский паспорт есть — уже хорошо! А по документам — не подкопаешься… Ладно, действительно, равно пока паниковать…
Интерлюдия 47 Япония, Оцу
Западный пригород Оцу, частное владение. Подпольный игровой клуб/бар/дилерская точка За ночь ничего не изменилось. Дайоске ожидал, что после «великолепных впечатлений» он и заснуть не сможет, либо всю ночь его будут мучать кошмары, однако — кумигасира как прикорнул в продавленном кресле, так и проспал до позднего утра. Даже комары не помешали. Видимо, мозг посчитал увиденное наяву настолько бредом, что с чистой совестью решил не обрабатывать эту информацию вообще. И верно — мужчина потянулся, с недоумением разглядывая окружающую обстановку, пытаясь припомнить, как он сюда попал — напиваться кумигасира иногда позволял, но не чаше трех-четырех раз в год, и во время своеобразного отпуска, что предоставляла своим «сотрудникам» Якудза… и уж точно не в таком месте! Однако, стоило ему сделать пару шагов в сторону двери — и резкий удар по обонянию сразу вытащил вчерашние «кадры» воспоминаний, которые «лейтенант» гокудо предпочел бы никогда не видеть!
Машина (на этот раз гораздо более презентабельная — Кумигасира едет!), где водителем выступал катагири чужого отряда, вызвавшийся помочь доставить дежурного по базе (слегка разнесенной показательным выступлением Отряда базе — еще одна головная боль!) к месту нахождения ответственного за возникшие тёрки предводителя гуми номер четыре, приняла двоих представителей Такамии с предъявой — и они выехали. По поводу всего одного (и не своего) «помощника» кумигасира не волновался: такасимовским гокудо, что «официально» были крышей Отряда было не с руки ссориться с «головной конторой» в Оцу. Правда, люди из Отряда повели себя резковато и самостоятельно — но при наличии крыши еще и в горадминистрации весь демарш смотрелся мягким шлепком по руке, протянувшей пальцы в чужую миску слишком нагло. Возможно, боссы решат по-другому, может быть даже до оябуна дойдет — не мог же конфликт инициативой командира четвертых? Однако это не его, Дайоске, дело, его задача — продемонстрировать, что на их «низовом» уровне просто произошла досадная ошибка, и смысла крушить собственность и калечить людей нет. |
