— Хныга делает место спать! — заявил он и крутанул кнутом у самой земли.

К'хасс с легкостью ломал и крошил ветки терновника, работая словно огромная коса. В несколько ударов гоблин расчистил неровный круг, в котором хватало места и для людей, и для коней. Сняв сумки, начали устраиваться на ночлег.

— Эй! Человек, который любит чужой карман, твоя куда пошел? — закричал вдруг гоблин Айвену, который зачем-то подошел к терновой стене.

— Ребята, вы уж извините, но я хочу немного побыть один. Разобраться в себе, покопаться в воспоминаниях, привести мысли в порядок. Мне это очень нужно, — извиняющимся тоном ответил юноша.

Геомант хотел было предложить ему расчистить дорогу, но вор решительно зашагал вперед, вытянув перед собой правую руку открытой ладонью вниз. Ветви сами подминались и ложились перед ним на землю, когда он продвигался вперед. Отойдя шагов на пятьдесят, Айвен остановился и, подстелив что-то под себя, уселся на землю.

— Оставим его в покое. Похоже, Мурлок произвел на бедолагу сильное впечатление. Вообще это я виноват. Должен был догадаться, что с проклятием невезения он станет основной мишенью для тварей Леса.

— Хныга может послать свой к'хаcc сторожить человека.

— И подслушивать? Не думаю, что ему это понравится.

И они начали готовиться к ночлегу, изредка поглядывая в сторону юноши, о чем-то разговаривающего с самим собой…

— Кто ты? Или что ты? Я хочу поговорить с тобой, — Айвен говорил тихо, чтобы его не подслушали друзья. — Можешь не прятаться, я знаю, что ты здесь. Ты всегда здесь. Выжидаешь, наблюдаешь…

Он умолк и прислушался, дожидаясь ответа. Не оглядывался по сторонам, не искал собеседника взглядом. Когда кусты за его спиной зашуршали, юноша испуганно вскочил. Похоже, что появления этих существ он никак не ожидал.

Их было трое. Айвен никогда в жизни не видел подобных созданий: невысокие, ростом с гоблина, покрытые короткой жесткой шерстью создания с вытянутыми мордами, крохотными глазками-бусинками и оттопыренными ушами. Они ходили и двигались как люди, но людьми не были.

— Крыслинги! — догадался юноша, — Чудовищные творения Вивисектора.

— Тс-с-селовек! Твоя с-стоять. С нами ходитс-сь, — прошипел один из незваных гостей, на голове которого красовалась треугольная шапочка. Похоже, он был главным.

— Так я не понял — мне стоять или ходить?

— Шибко умный, тс-селовек? — в горло вору уткнулся костяной наконечник короткого копья, которыми были вооружены крысолюди.

— Твоя не ш-шуметь. Других человеков не с-свать.

— Кстати о других человеках. Не советую причинять мне вреда, потому что мои друзья рядом. Один из них — могущественный маг, а второй — жрец великого бога.

— Жрецс-с-с? — длинный нос крыслинга шумно втянул воздух, — Твоя иди туда. К человекам веди нас-с-с.

— Предупреждаю — они очень не любят, когда мне угрожают. Недавно одну паучиху из-за меня в клочья порвали.

— Твоя мало говори. Много ш-ш-шагай, — оскалился главный крыслинг.

Пришлось подчиниться. Аргументы человекоподобных существ были не столько весомыми, сколько острыми — испытывать на себе остроту копий и меткость их хозяево не хотелось. И он пошел назад к лагерю по проложенной ранее тропе.

Мэт грелся у костра, а Хныга что-то помешивал в бурлящем котелке. В животе у юноши забурчало, ведь он не ел с самого утра. Однако, ни этого бурчания, ни треска кустов его спутники не слышали. Или сделали вид, что не слышали.