— Прошу прощения за некоторые неудобства, — сказал один из детей голосом своего учителя, — но осторожность превыше всего. Вы можете спокойно переговариваться, я обещаю, что мои ученики не услышат ни слова, сказанного вами.

— Ну конечно. Зато сам будет подслушивать в три пары ушей и подсматривать в три глаза, — усмехнулся юноша.

Некоторое время все молчали. Первым подал голос Айвен:

— Ну и?

И снова воцарилась тишина. Минут через пять Мэт переспросил:

— Что "и"?

— Так и будем молчать и ждать до утра?

— А у нас есть выбор?

— Можем спеть песню хором, а можем подумать, как выбраться отсюда. Или ты всю жизнь мечтал заполучить дырку во лбу и волшебный глаз в нее?

— Мана ускользает, не дается мне. Похоже, эти ребятки как раз против магов натасканы. От тебя и твой Печати проку тоже не будет, верно?

Юноша согласно кивнул и посмотрел на гоблина.

— Хныга уже час читать молитва, — отозвался тот.

— Думаешь, это нам поможет?

— Хныга всегда так делать, когда ничего больше не может. Мишру молчит.

— А ты попробуй молиться другому богу. Например, Змею своему, — посоветовал Мэт.

— Хныга не может. Хныга нужно другой одежда одевать и к'хасс держать.

— Можно подумать, что с плеткой в руках ты громче молиться станешь. Гаррет говорил, что сила молитвы зависит не от того, что у тебя в руках, а от того, кто за тобою гонится, — мудро изрек вор.

В дальнем углу комнаты раздался тихий шелест, словно кто-то протянул веревку по песку. Айвен подумал было, что ему померещилось, но гоблин тоже начал всматриваться в тот угол. Шум усилился, и к нему добавилось шипение.

— А вот и блудный к'хасс вернулся, — первым догадался чародей.

Длинная черная змея медленно подползла к застывшим как истуканы юным гипнотам и ужалила в ногу того, который удерживал жреца. Мальчишка медленно завалился на бок, даже не моргнув и не шевельнув хотя бы пальцем.

Обретя подвижность, жрец выхватил откуда-то кинжал и подскочил к одному из оставшихся учеников Крысолова. Одним ударом он перерезал ему горло, и уже спустя мгновение вор поднялся со стула, разминая руки:

— Признавайся, ушастый, много жертв вот так прирезал во славу своих богов? — усмехнулся юноша и вскинул руку с Печатью. Розовый луч сверкнул в полумраке комнаты, и с жуткими творениями Вивисектора было покончено.

— Надо же. Раньше я за тобою не замечал такой кровожадности, — заметил Мэт.

— Ну так крови и нет. Просто не нравится, когда меня превращают в марионетку и собираются пытать изощренными способами.

— Полностью с тобой согласен. Что будем делать дальше?

— Разумеется, выбираться отсюда!

— Как? Вивисектор уже наверняка отправил сюда своих гипнотов, любой из которых запросто скрутит архимага! Не забывай, что я не самый боевой маг на свете, а ты не обученный Печатник, чтобы ты там не заливал Вивисектору.

"Я бы мог на пару минут замкнуть твой мана-контур на Печать. Если напитывать ее непрерывным и сильным потоком, то им будет тяжело остановить такой выброс даже взяв твое тело под контроль, — подал голос Аннарен.

"Нам важно выиграть время. Ты можешь сделать нас быстрее, или их — медленнее?"

— У кого-нибудь есть идеи, как можно отвлечь трехглазых? — вслух произнес вор.

— Хныга может рвать паутину судьбы. Тогда мало-мало больные станут сильно-сильно больными.

"Можно их ослепить. Против ишерских кукловодов это отлично работало"…

— Можно их ослепить.