— Ладно, если до вечера ничего не будет, ищите себе другое место. — Нашла бабуля компромисс.

— Своенравная бабка, зато погреб у них ого-го, председательский. — Шепнул Геннадий.

Он помог сгрузить припасы с телеги. Тимофей за короткую поездку успел привязаться к пастушьей собаке и пёс к нему. Алабай смотрел из телеги в их сторону с таким видом, как будто хотел, чтобы ему пообещали скорую встречу. Тимофей помахал ему.

— Меня зовут Мария Алексеевна. — Представилась жена бывшего председателя. — Вот вам тачка, чтобы перевезти.

Она поставила перед ними старую самодельную садовую тачку на толстых пневматических колесах, которые Матвей сразу признал. Это были колеса от прицепной сельхозтехники. Они ставились на сеялках, культиваторах и как опорное колесо на плуге. В большой кузов тачки за раз влезла половина припасов. Матвей Леонидович впрягся и с удивлением отметил мягкий ход. Мария Алексеевна провела его через огород к погребу. Вход в него находился внутри хозяйственной постройки, небольшого ангара из крытого оцинкованным железом. Спуск в погреб оказался не таким, как у большинства деревенских, в виде дыры в земле, накрытой крышкой и далее по железной или деревянной лестнице.

Председатель подошел к вопросу основательно. Он сделал спуск из бетонных ступеней, внутри выложенного кирпичом пролета на глубину трех метров. Идти можно было в полный рост и без всякой экономии в плечах. Матвей составил припасы у входа.

— Добротно. — Сделал он комплимент.

— Коленька любил основательность, потому его и выбрали председателем. Он называл погреб бомбоубежищем и говорил, что на случай атомной войны все умрут, а мы с ним останемся. Отрастим еще по паре рук и будем сажать радиоактивную картошку. — Пошутила Мария Алексеевна.

Старушка оказалась не такой сухой и черствой, какой сразу воспринял ее Матвей.

— А вы кем работали до пенсии?

— Директором школы. — Ответила Мария Алексеевна.

— Ясно. Держали, значит, с мужем всю деревню в руках, от мала до велика. — Пошутил Матвей.

— Держали, было время. Иди, забирай остальное, а то твои товарищи трутся у калитки. Сейчас соседи начнут суетиться.

— Хорошо.

Матвей Леонидович выкатил тачку за двор. Быстро закидали остатки припасов в неё и вернулись к погребу. Мария Алексеевна стояла уже в накинутой на плечи шали.

— Жара, говорите, а становится только холоднее. И дождь непонятно, когда закончится.

— Будет хорошо, если мы ошибемся. — Произнес Александр. — Вам от нас никаких проблем не будет, только порядок наведем. У вас, кстати, стекла не выбило в доме?

— Потрескались, но не вывалились. Тьфу-тьфу-тьфу. А вот у Анохиных по соседству, вылетели все и даже крыша рухнула. Я же говорю, мой Коленька строил на века. Разбирался во всем.

— Это хорошо, так нам всем спокойнее. — Ответил Александр.

Мария Алексеевна показала, куда вывозить мусор из погреба и собралась уходить.

— Тимофей, идем со мной, напою чаем с конфетами. — Предложила она, решив, что ребенку рано еще работать физически.

— Не, я останусь помогать. — Неожиданно отказался он.

Матвей Леонидович загордился внуком. За несколько дней он совершил огромный рывок от ленивого подростка до ответственного мальчишки, понимающего и ценящего свою роль в команде.

Александр вывозил мусор в яму, а Матвей и Тимофей собирали его по полу погреба веником и лопатой. Томатные и огуречные рассолы смешались на полу с лечо, вареньями и компотами. Запах в погребе стоял сильный и невообразимый по палитре.

— Ну, что, дождь не стал теплее? — Поинтересовался Матвей у спустившегося в очередной раз инженера.