Инженер сел на место, глядя в окно. Масштаб взрыва удалось осознать по мере того, как они летели в его сторону, «гриб» приближался неожиданно медленно. А еще Матвей обратил внимание, что слоистые облака, висящие над местом взрыва, тоже стали растворяться. Он посмотрел на температуру забортного воздуха, и она показывала аномальные значения для такой высоты. Матвей кивнул Александру, чтобы он ознакомился с ними.

Тот долго смотрел на показания, посмотрел на альтиметр.

— Ерунда какая-то. Тридцать пять градусов на такой высоте?

— А взрыв может быть вызван водяным паром? — Матвей неуверенно предложил свою гипотезу.

— Без понятия. Мои знания в этой области нулевые. Наверное, для взрыва артиллерийских снарядов этот явно великоват. Сколько его высота? Больше десяти километров? — Оценил инженер высоту столба, начинающего менять форму.

— Не меньше. — Согласился Матвей. — И смотри, у него явное разделение на белую часть, как будто это пар, и темную с грязью.

Они решили больше не гадать, а просто посмотреть, надеясь отличить взрыв снарядов, от взрыва пара в недрах земли. Но как только они достигли чистого неба, то сразу забыли про воронку. Под ними простиралась водная поверхность, испещренная разломами, остатками дорог и поселений. Вода была везде. Она ниспадала водопадами в расщелины, некоторые из которых достигали сотни метров в ширину. Картина разрушений выглядела эпично, сразу поверилось в легенды о последних временах. Зарубцеваться таким ранам предстояло нескоро. В салон проник легкий запах сероводородных соединений, как будто пролетали над городскими стоками.

Матвей направил самолет ближе к эпицентру взрыва. Даже без специальных знаний стало понятно, что гипотеза с паром более чем уместна. Из недр земли продолжал выходить пар под давлением. Огромная воронка, не меньше километра в диаметре, была окружена земляными отвалами. Сероводородная вонь усилилась.

— Не подлетай ближе. — Попросил Александр. — Смотри, как растет температура.

Шкала термометра перевалила за сорок градусов.

— Вот почему тают облака. — Догадался Матвей. — Жар их съедает.

Он облетел эпицентр взрыва по окружности. Снизился и заметил, что у поверхности температура упала до приемлемых значений. А потом он заметил, как что-то сверкает, отражаясь в солнечных лучах на одном из зданий, которое не удалось разглядеть сразу из-за того, что всё сделалось одного цвета.

— Тимоха, глянь, там люди подают нам знаки? — Попросил он внука, показывая ему рукой направление.

— Да, дед, они на крыше сидят. И машина у них там. — Разглядел Тимофей. — Они нам машут.

— А что мы им можем предложить? — Матвей расстроился, что сесть они не могут.

Во-первых, у них сломалась стойка шасси, а во-вторых, здесь не наблюдалось ни одного подходящего участка, кругом вода, грязь, паутина разрывов поверхности. Матвей снизился еще сильнее и помахал крыльями, как будто поприветствовал.

— Удачи вам. — Произнес он негромко и начал набирать высоту.

Они снова поднялись над облачностью. Матвей обратил внимание, что ветер на высоте двух километров оказался попутным. Снизил обороты двигателя, чтобы использовать воздушные потоки в качестве дополнительной тяги.

— Да, Матвей, это вскрылся нарыв на теле земли. — Произнес Александр. — Если вода и магма соприкоснулись в этом месте, то я представляю, как они соприкоснуться в океанах. Там такие могут быть взрывы, мама не горюй.

— Я впервые в жизни рад, что не живу на берегу моря или океана.