— На самом деле это твоя вина, — заявила мать дочери. — Поскольку ты так и не удосужилась произвести на свет наследника, то бедному лорду Клинкскейлсу, когда его попытались сделать землевладельцем Харрингтона, волей-неволей пришлось искать выход из положения.

Она покачала головой, а регент смущенно улыбнулся.

— Ты хочешь сказать…

Хонор осеклась, встряхнулась и мысленно пообещала себе отыскать Хэмиша Александера и убить его голыми руками. Пусть даже одной рукой, поправилась она, вспоминая его лукавое веселье и туманные намеки на грейсонские «осложнения». За столь низкое коварство с ним следовало рассчитаться, не дожидаясь, пока ей наладят протез. Вылетев сегодня на курьерской яхте через узел, она могла бы по дороге наведаться на борт «Харрингтон», свернуть шею еще одному интригану — Иуде Янакову — и через четыре дня оказаться у звезды Тревора, чтобы…

Глубоко и медленно вздохнув, Хонор взглянула на мать.

— Выходит, я уже не единственный ваш ребенок?

— Слава тебе господи, дошло наконец, — пробормотала Алисон с лукавой улыбкой, после чего сняла рюкзачок с плеч и взяла спеленатого младенца на руки.

В тот же миг лукавство на ее лице уступило место бесконечной нежности.

— Это Вера Кэтрин Хонор Стефания Миранда Харрингтон, — ласково сказала она. — Я понимаю, что имя у малышки пока длиннее ее самой, но это тоже твоя вина. На данный момент — пока ты не подаришь нам внуков — этот маленький сверток с длинным именем является твоей наследницей. Точнее сказать, юридически именно она является «Землевладельцем Харрингтон» и будет оставаться ею, пока Ключи не разберутся с твоим чудесным возвращением. А поскольку она, как ни крути, «землевладелец», нам еще повезло, что мы ухитрились обойтись всего пятью именами. Еще несколько часов назад предполагалось, что по достижении совершеннолетия и обретении Ключа она изберет своим тронным именем «Хонор Вторая». К счастью… — Губы Алисон дрогнули, но она прокашлялась и решительно повторила: — К счастью, ей придется заниматься этим вопросом далеко не так скоро, как мы боялись.

— А здесь, — сказал Альфред, высвобождаясь из ремней своего рюкзачка, — младшенький близнец той высокородной особы, Джеймс Эндрю Бенджамин Харрингтон. Заметь, он получил на два имени меньше, воспользовавшись привилегией мужской части населения этой, последней в Галактике, планеты, где сохранился патриархат. И заметь, мы не преминули подольститься к здешнему монарху, назвав бедного ребенка и его именем тоже.

— Понятно, — отозвалась Хонор, со смехом поглаживая атласную щечку малыша.

Искоса взглянув на Бенджамина Мэйхью и заметив его счастливую, чуть ли не собственническую улыбку, она решила, что родители сошлись с правящим семейством даже ближе, чем можно было надеяться.

— Они прелестны, мама! — тихонько сказала Хонор. — Если можно так выразиться, вы с папой отлично справились…

— Ты находишь? — рассудительным тоном отозвалась Алисон, склонив голову набок. — Может, и так, но я бы предпочла, чтоб они сразу пошли в школу. — С видом глубокой задумчивости, который, впрочем, не ввел в заблуждение никого из присутствующих, она покачала головой и со вздохом добавила: — Боюсь, я уже успела забыть, скольких забот и хлопот требует младенец.

— О, конечно, миледи! — донеслось веселое восклицание.