Девис сказал прямо, — Оплата угонов.

— Парень столкнулся с нашими ребятами, — сказал Раш. — И, никогда прежде такого не видели… ушел чистым. И вот, Девейна не видели уже несколько дней.

Лайдекер, гордый своим мятежным учеником, сказал — Значит Девейн мёртв… Это выдающийся молодой человек.

— Вы мне это говорите, — сказал Дэвис. — Он сломал ключицу моему шурину.

— Но никто не нашел этого парня, — сказал Раш, — и, вы мне поверьте, полицейский департамент искал в каждом проклятом углу.

— Они все еще ищут? — спросил Лайдекер.

Раш пожал плечами и покачал головой; Дэвис тоже.

— Тогда, — сказал Лайдекер, вылезая из кабинки, — давайте убираться отсюда и возобновим поиски.

Следующие 6 часов Лайдекер провел с Рашем и Дэвисом. Показывая фотографии Сета, предлагая щедрые взятки любому, кто знает что-либо о Зорком, нищим, безродным крысам которые встречались на пути двух детективов, искали стукача (и они встретили нескольких), но без успехов. Он ехал на заднем сиденье машины не имеющей опознавательных знаков, пока они колесили по городу.

— Какого дьявола такое возможно? — наконец спросил Лайдекер. — Этот сукин сын Зоркий работает в этом городе годы… и никто ничего не знает?

Раш, ехавший спереди, ухмыльнулся в зеркало своему пассажиру.

— Вы хотите, чтобы я сказал «я же говорил», не так ли?

Лайдекер воздержался от ответа и задумался. Наконец он сказал, — Возможно мы начали не с того конца.

— Вы знаете путь, который мы не пробовали? — спросил сидящий за рулём Дэвис.

— Думаю да. У этого замечательного молодого человека, которого мы ищем, есть проблема со здоровьем.

— Какая именно? — спросил Раш.

Конвульсивные припадки. Единственный препарат, которым можно контролировать симптомы — триптофан. Он не подотчетен, но парень стремясь не привлекать внимание будет покупать его на чёрном рынке, как бы то ни было… Есть идеи, где в вашем честном городе можно найти подобное?

И вновь детективы переглянулись, затем кивнули.

— Сядьте и расслабьтесь, полковник, — сказал Дэвис. — Это в другой части города, и добираться туда мы будем около часа.

По дороге Дэвис объяснил, что парень, к которому они набравляются дважды за последние три года попадался на продаже запрещенных препаратов.

— И почему он на свободе?

— Парни чертовски боятся Джонни Кохрана.

Лайдекер улыбнулся их жаргону. Они бы удивились, если бы узнали, что в истории действительно был некий Джонни Кохран, еще до Импульса.

Лайдекер спросил:

— Как его имя?

— Джохан Бриант.

Незаметная машина наконец остановилась около добротного загородного дома, построенного в стиле ретро-ранчо, ставших популярными среди богачей в последнее время. Вся улица была застроена домами, которые вероятно продавались по семизначным ценам.

— Отличное логово для наркодилера, — сказал Лайдекер.

Идеально подстриженный газон был признаком здешних окрестностей.

Раш произнес:

— Мы определенно в рассаднике мошенников.

Кивнув, Дэвис сказал:

— Полковник, почти каждый подонок в этой части города замешан в какое-нибудь дерьмо. Как еще при нынешней экономике они могут жить в таких условиях?

— Почему вы не арестовываете их?

— Это мы и делаем, — сказал Раш.