Изменить размер шрифта - +

На пороге возник капитан Хольмер. Он съел свой завтрак, запил его крепким чаем и на ближайшие полчаса у него было хорошее настроение.

– Что за склока, бойцы? Кто пойдет со мной купаться в карьер?

– Прямо сейчас? – спросил Джек.

– Нет, сейчас вода холодная. Лучше ближе к обеду, водичка согреется и аппетит можно нагулять.

– Сэр, в карьере вода круглые сутки четыре градуса.

– Цельсия?

– Кельвина, блин… – тихо обронил Хирш и отвернулся, сдерживая смех.

– Грамотный, да, Тедди? Очень грамотный? А вот я не поленюсь сейчас пойти в строевую, включить там глобалсеть и выяснить, чего смешного ты тут сказал? И спроси меня, кто будет смеяться последним?..

– Извините, сэр, – сдался Хирш.

– Извиняю. А в чем фишка шутки?

– Четыре по Цельсию – это холодно, а при четырех по Кельвину все застывает на хрен…

– Как это?

– Ну… Скажем, если заморозить яблоко, он превратится в хрусталь. Врезал молотком, и оно вдребезги.

– Ага, понятно, – кивнул Хольмер. – А если «таргар» из пушки врежет?

– Ну, тоже разлетится.

– И осколки будут опасны, так?

– Да, сэр, куски перемороженного яблока будут опасными, как и осколки хрусталя, – подтвердил Хирш.

– Джек, ты когда-нибудь слышал о чем-то подобном? – спросил Хольмер.

– Нет, сэр. От Тедди – никогда.

– Вот. А он это знал и молчал, – со странной интонацией произнес Хольмер. – Ты просто какой-то профессор тригонометрии, Тедди!..

– Это скорее теплофизика, сэр.

– Ну ни хрена себе! – произнес пораженный Хольмер и уставился на Хирша вместе с Джеком и лейтенантом Гуммелем. – Нам что теперь, пойти сейчас всем и застрелиться?

– Извините, сэр, – растерялся Хирш.

– Извините, сэр, – передразнил Хольмер и зашагал прочь.

 

 

– Ну что, принес? – спросил Гуммель.

– Принес, – ответил Джек, демонстрируя одиннадцатиметровый револьвер.

– Но это же целая пушка! – поразился Гуммель.

– Что, не годится?

– Ну… Годится, в общем. Просто я не ожидал. Я раньше таких даже не видел, честное слово!..

– Откуда стрелять? – спросил Джек, сразу прикидывая расположения мишеней и даже приседая, чтобы увидеть нужные траектории.

– Так ты уже стоишь на этом рубеже, сынок! – сообщил Гуммель, возвращаясь к своей дерзкой манере. – Я тут все со шнурочком промерил, твой комвзвода тому свидетель, я прав, коллега Хирш?

– Прав, Гуммель. Готовь бабки…

– С чего это?

– Ну ты же захватил деньги для расчета или думал нас обмануть? – перешел в наступление Хирш. Гуммель раздражал его, и Хиршу хотелось скорее наказать этого мерзавца. Да, в Джеке Хирш не сомневался, но наказать хотелось уже сейчас. В эту самую секунду!

– Покажи пять сотен, говнюк, или ничего не будет!

– А у вас при себе деньги имеются? – отступая, уточнил Гуммель.

– Конечно, имеются! У первой роты всегда так, а у Джека в кармане меньше восьми сотен никогда не бывает! Хочешь сожрать их? Хочешь, чтобы в рыло «котлетой» ткнули?..

Такого блефа Гуммель не выдержал. Он сам бывал в боях, но Хирш и Стентон бывали в переплетах куда покруче.

Быстрый переход