Боссы долго сопоставляли материал, готовили докладную записку в РАН. Там, надо отдать должное этим мафусаилам от науки, быстро разобрались в ситуации и схватились за голову.

Подгоров, Бушман, Костюков и Завьялов уехали в Нагано. Мы, здесь в Москве, сидели и грызли ногти.

Там они впервые встретились - четверо русских структурщиков и Стоктон, обложенный запретами ЮНЕСКО, как загнанный волк флажками. Эти пятеро просидели всю ночь за скверным виски и бессильным против русского организма сакэ. Наутро все они были немного пьяны от алкоголя и сильно оттого, что оказались правы.

Но нашлась и панацея. Большая Пятерка после шести часов и бессчетного количества "дринков"

выяснила, что способ кодирования нейронных состояний давно уже изобретен, затык только в чудовищных объемах информации, а довести успех клонирования до девяносто девяти плюс еще одна-две девятки - не проблема, но нужно еще примерно полторы тысячи экспериментов. В живую нельзя задушит ЮНЕСКО, натравят фанатичные толпы все известные религии, заплюют и вымажут в дерьме газетчики. Только виртуально, используя модные на Западе технологии компьютерного моделирования. В свое время один американский ученый подсчитал, что для полного дублирования генетического кода человека необходимо полупроводниковых транзисторов объемом... чуть-чуть больше земного шара. С тех пор многое изменилось - задачу, которую компьютер 50-х размером с ангар считал полмесяца, ныне легко умещающийся на ладони чип расщелкает в минуты.

Гром грянул следующим вечером. На вечернем заседании Стоктон попросил слова. Теперь он уже излагал не чистую теорию, он дерзко предложил коллегам оспорить его выводы. В далекой России было накоплено такое количество статистического материала, что профессор уже мог сражаться на равных. Научный мир взвыл и бросился Стоктона проверять. Было всякое скандирующие толпы под окнами Смитсонианского и террор религиозных экстремистов. Самосожжения и письма матерей, умоляющих спасти своих детей. Были "опровержения" известных генетиков, были даже попытки усомнится в научной честности Большой пятерки - не хотят ли, мол, эти парни таким макаром просто некую скандальную известность себе заработать?

И все же подтвердилось. При ЮНЕСКО был создан Иммунный комитет, группа Стоктона получила серьезное финансирование (за это его тоже пинали), да и нам перепало порядочно. Ну и всякие благотворительные фонды наперебой стремились всунуть клоунеру какой-нибудь грантик, лишь бы отметиться в печати - вот, смотрите, и мы боремся против краха цивилизации.

Цифра семьдесят снится нам по ночам. Сначала была некая надежда, что мы все-таки неправы, что переборщили, что не все так плохо... Но быстро нашлись и подтверждения чисто практические.

Грипп, мутирующий с каждым годом все быстрее, геморрагическая лихорадка то и дело вспыхивающая маленькими очажками в Африке (что это? проба сил?), пресловутая "болезнь легионеров"... В апреле две тысячи шестого в Индокитае разразилась саркома Спэнбауэра так до сих пор и не локализованная... А что будет через пять лет? Десять? Пятьдесят? Успеем ли? А то, глядишь, срок в семьдесят лет покажется маленьким...

Вот так. Сам себя накрутил, даже руки задрожали. Все-таки как мелочны все мои проблемы? Что есть один человек, что он может значить, важен ли он, когда ежедневно в Мьянме и Лаосе умирают двести зараженных! А для нас - это материал, новый генетический материал, который мы с трудолюбием пчелок складируем в огромный архив.

Нет, надо покурить. Проклятье, где же сигареты? Дьявол! А вот они. "Золотая Ява", между прочим, не какая-нибудь "Магна", которую я курил в Академии. Спички еще не зажигаются! Вот в такие моменты и начинаешь мечтать о завораживающем "дзи-инь" настоящей "Зиппо". Долбаный ветер! Ничего, спрячусь вон в телефонную будку.

А-а, первая затяжка... Мечта курильщика! Ладно. Прекратить истерику.