На переднем крыльце никого не было, войдя в гостиницу, на нижнем этаже она также не обнаружила ни души. Она заглянула в гостиную и библиотеку, потом завернула в бар самообслуживания. В тот момент, когда она наливала себе «уайлд текей», появилось одно знакомое лицо.

— Добрый вечер, — сказал доктор. — Выпиваем в одиночестве?

— Теперь уже нет, — ответила она. — Как ваши дела?

— Вы умеете делать приличный коктейль с мартини?

— Смотрите. — Она смешала джин и вермут и принялась взбалтывать. Приготовление коктейля заняло минуту. — Как продвигается книга о близнецах?

— Очень неплохо, — ответил он. — Мы собираемся опубликовать книгу следующей осенью. Извините, когда мы сидели в прошлый раз за столом, я не спросил ваше имя. Насколько мне известно, вы приехали сюда фотографировать.

— Совершенно верно, а зовут меня Лиз Барвик.

— А меня Дуглас Хэмилтон. Можете называть меня просто Хэм. Это уже наш третий за год приезд на остров. Нам тут очень нравится.

— Мне тоже, — сказала Лиз, протягивая Хэму бокал. — Ну как?

Он сделал глоток и закатил глаза.

— Просто класс. Как ваша работа?

— Я нащелкала много прекрасных снимков. На Камберленде это не составляет большого труда. Все, что нужно, — это настроить объектив фотоаппарата.

— Отлично! — Он пил коктейль, и оба, казалось, не находили темы для продолжения разговора.

— Доктор… Хэм?

— Да?

— Можно с вами немного поговорить на деловую тему?

— Конечно, — ответил Хэм, присаживаясь на диван. — Попробую угадать ваш вопрос. У вас есть друг, с которым возникли какие-то проблемы.

— Ничего подобного, самый обычный, гипотетический вопрос о близнецах.

— Я слушаю.

— Те близнецы…

— Имеются близнецы женского или мужского пола?

— Мужского.

— Абсолютно похожие?

— Абсолютно. Сейчас им под сорок. В детском возрасте они были очень дружны и неразлучны, что вполне соответствовало вашим исследовательским выводам об однояйцевых близнецах, о которых вы рассказывали в прошлый раз.

— Да, я говорил тогда о самых тесных человеческих взаимоотношениях между ними.

— Но в моем случае эти отношения сохранялись между близнецами лишь до восемнадцати лет.

— И что же произошло между ними в возрасте восемнадцати лет?

— Никому не известно. Или, по крайней мере, неизвестно тем людям, которые могли бы об этом поведать.

— Они что, выросли порознь?

— Нет, просто в один прекрасный день перестали разговаривать друг с другом.

— И как долго это продолжалось?

— Они молчат до сегодняшнего дня.

На лице доктора застыло удивление.

— Чрезвычайно любопытный феномен. В моей практике встречался один такой случай, когда две женщины-близняшки повздорили из-за одного мужчины. Они обе были влюблены в него, и когда одна из сестер объявила о своей помолвке с этим мужчиной, ее сестра не захотела больше разговаривать с ней.

— Как долго они не общались друг с другом?

— Два года. Они заговорили лишь тогда, когда супружеская пара развелась. Перед замужней сестрой встал вопрос, кого ей предпочтительнее выбрать: мужа или сестру. И она без колебаний выбрала сестру. — Отпивая мартини, доктор поинтересовался: — А в вашем случае с гипотетическими близнецами, что они рассказывают друг о друге? Они кому-нибудь из своих знакомых хоть как-то намекнули, из-за чего испортились их отношения?

— Нет, не намекнули.