У Станислава Львовича помимо большого количества еды оказались и водка, и шампанское. Причем он пил вино, а Катя, которая терпеть не могла шампанское, пригубила водочку.

В какой-то момент Катя сделала вид, что боится капнуть майонезом на свой костюм. К тому времени они были хорошо разогреты, и Станислав Львович игриво предложил ей снять блузку, потом брюки, помог ей это сделать, после чего быстро разделся сам.

Нельзя сказать, что у Кати получилось настоящее приключение. То ли Станислав много выпил, то ли переволновался, но он оказался не в лучшей форме. Кате пришлось пустить в ход все свое умение, чтобы возбудить его. Конечно, она потом страстно шепнула, что ей с ним было на редкость хорошо, и Ледовских поверил, успокоился. Вернувшись из ванной, она юркнула к нему под бочок, игриво потерлась головой о его безволосую грудь.

— От кого ты узнала про нашу фирму? — спросил он.

— Настя Истомина сказала, моя подружка.

— Вы с ней учились в институте?

— Нет. Я педагогический кончала, а она — Институт культуры.

— Даже не говори при мне этих слов, — поморщился Станислав. — У меня с их институтом давние счеты. Один тамошний студент причинил мне много зла. Некто Андрей Серебров.

Катя оседлала директорский живот и, нагнув голову, пристально посмотрела в глаза:

— Я слышала про такого. Что он тебе сделал?

— У меня была студия звукозаписи. Он устроил в ней погром. Я такие большие деньги потерял!

— Надеюсь, ты ему отомстил?

— Не-а. Я узнал об этом только недавно, а его уже и след простыл. Даже не знаю, где он теперь живет.

— В Москве, — сказала Катя.

Глава 43

ИСЧЕЗНОВЕНИЕ ШАРГОРОДСКОГО

— Ну и что мы имеем с гуся? — Сняв очки, Александр Борисович потер переносицу. — Опередили они нас — будь здоров. Почему телефон не сразу поставили на «прослушку»?

— Благодаря тому, что лейтенант действовал строго по закону, — объяснил Яковлев. — Обратился в суд за разрешением на оперативную работу. Они же, не осознав всей важности момента, долго тянули.

Турецкий встал и раздраженно зашагал по кабинету. Челноком — три шага в одну сторону, три в другую. Сидящие по ту сторону стола Галина и Володя смотрели на него.

Свое недовольство он выразил скорее для проформы. Очевидно, все деловые разговоры Дергача со знакомыми велись давно, во всяком случае, еще до убийства Репиной. Поэтому сейчас милиционерам оставалось только наблюдать за последствиями, довольствоваться эхом прошедших переговоров. Спасибо, удалось понять, что Сереброва будет искать кто-то из находящихся в Москве людей, которые получили под это дело аванс. Звонивший Дергачу человек сказал, что все нормально. Сергей просил действовать побыстрее. Дословно самая важная фраза из короткого разговора звучала так: «Слупили с меня серьезный задаток, значит, нужно пошевеливаться». Сумма задатка неизвестна, поэтому трудно сказать, намерены они его убить или просто отколошматить до полусмерти.

Яковлев сказал:

— Дергачев коснулся этой темы, когда кто-то позвонил ему из Москвы по незарегистрированному сотовому телефону.

— Интересно, откуда вдруг у инвалида появились серьезные деньги? Дома-то ему вроде некого грабить.

— Может, старые дружки сняли крупный куш и на радостях поддержали страдальца? — предположила Романова.

— Возможно. В общем, Володя, придется тебе опять смотаться в Пермь и выудить у Дергача всю возможную информацию. Обставляй по полной программе: с разрешением на допрос, со свидетелями.