— Сидите, мистер Кин, — говорил он, — штурман хвалил вас, и для меня это очень приятно.

В одно утро Том, по обыкновению, забрался ко мне в борт, и мы прилежно рисовали карикатуру на мистера Кольпеппера, когда капитанский катер пристал к фрегату, и мы тогда только узнали о приезде капитана, когда услышали, как он разговаривал со старшим лейтенантом, сходя по трапу.

Дотту невозможно было убежать без того, чтоб его не увидели. Стол, стоявший посредине каюты, покрыт был синим сукном, падавшим до полу. Я показал на него Тому, когда часовой взялся за ручку двери, чтобы отворить ее капитану, и он бросился под стол, думая после как-нибудь убежать. Капитан взошел, и я, по обыкновению, встал со стула.

— Мистер Кин, — сказал он, — мне нужно переговорить со старшим лейтенантом; потрудитесь на время выйти из каюты и скажите мистеру Гипслею, что мне нужно его видеть.

— Что с вами, мистер Кин? — спросил старший лейтенант, заметив мое смущение.

Я рассказал ему, что Дотт сидит под столом в капитанской каюте и может нечаянно услышать секретные приказания капитана.

— Вы прекрасно поступили, мистер Кин, хотя я и знаю, как для вас неприятно доносить на своего товарища; но вы не сделали ему никакого вреда.

Потом он засмеялся и сказал:

— Впрочем, мистер Дотт не узнает, что вы его выдали, а я постараюсь постращать его.

Сказав это, старший лейтенант вошел в капитанскую каюту. Я ожидал, что он тотчас откроет моего приятеля, но вышло иначе. Капитан взошел в боковую каюту, и мистер Гипслей последовал за ним, запер дверь и уведомил его о положении мистера Дотта. Капитан засмеялся, не находя, впрочем, в этом большой беды.

Сказав, что было нужно, старшему лейтенанту, он вышел вместе с ним в большую каюту.

— Прикажите тотчас отослать шлюпку с письмом, капитан? — спросил старший лейтенант.

— Да, — отвечал капитан, садясь и принимая участие в шутке мистера Гипслея. — Часовой, скажи вахтенному офицеру, чтобы изготовили четверку, и пошли сюда мистера Дотта.

Я был наверху; когда часовой высунул голову из люка и передал приказание капитана, я тотчас увидел, как испугается мистер Дотт.

Четверка была готова, и мистера Дотта искали везде, но нигде не находили. Через несколько минут вахтенный мичман донес капитану, что четверка готова, но мистера Дотта нигде нет…

— Нигде не могли найти! Не упал ли он за борт? — сказал капитан.

— Нет, он, верно, спит где-нибудь, — отвечал старший лейтенант, — верно, в сетках.

— Он, кажется, очень беспокойный мальчик, — заметил капитан.

— Совершенно беспокойный и ленивый, — отвечал старший лейтенант. — Часовой, нашли ли мистера Дотта?

— Никак нет-с; его искали везде и не нашли на фрегате..

— Странно, — заметил капитан.

— О, он скоро явится; но не худо бы дать ему дюжины две или три ударов, чтобы он был исправнее по службе.

— Да, я непременно это сделаю, — отвечал капитан Дельмар, — и поручаю вам наказать его, как только его найдут. Надеюсь, что с ним ничего не случилось особенного.

— Что может с ним случиться? — сказал старший лейтенант, — если бы комиссар доставил сегодня изюм, то мистера Дотта надо бы искать у баталера в каюте; но сегодня ничего не доставили. Не забрался ли он в ахтер-люк в то время, когда раздавали вино, и не сидит ли он теперь там?

— Делать нечего, нужно послать другого мичмана.