Принцесса соскочила на мягкий ворс ковра, накинув пеньюар (чего только не бывает в приличных домах), подбежала к окну и резким движением раздвинула портьеры. Солнце мощным потоком ворвалось в комнату, закружило искрящиеся пылинки. Щёлкнув задвижкой, девушка распахнула окно, впустив в комнату шелест платанов, свежесть утреннего воздуха и пьянящий аромат весны. Не задумываясь, что её может кто-то увидеть, например, садовник, Стелла с ногами забралась на подоконник и, ощущая, как умиротворение разливается по каждой клеточке её тела, бесстрашно протянула руку к ближайшей ветке и сорвала несколько листьев. В сладостной задумчивости повертев их в пальцах, она бросила взгляд вниз, на чарующий и манящий сад.

Внизу, на одной из дорожек мелькнула женская фигурка. Аймара. Стелла окликнула её. Грандванка вздрогнула и подняла глаза.

— Ой, Ваше высочество… — Похоже, она не ожидала увидеть её там, на подоконнике.

— Как спали?

— Спасибо, хорошо. А Вы?

— Просто прекрасно. Пожалуйста, подождите меня, я скоро спущусь!

Соскочив с подоконника, принцесса оделась и, прихватив с собой гребень, выпорхнула из комнаты, перепрыгивая через ступеньки, на ходу расчёсывая волосы. На нижней площадке Стелла чуть не столкнулась с горничной; это почему-то её безумно рассмешило.

— Вот и я! — Она ворвалась в сад по-детски непосредственно и беззаботно. — Ещё раз с добрым утром.

Аймара улыбнулась и указала на садовый фонтанчик:

— Не правда ли, это чудо?

— Милая безделушка. А где граф?

— Уехал два часа назад. Уходя, он пошутил, что Вы разоспались.

— А который час?

— За полдень.

— Неужели так поздно? Какой кошмар! — Вот тебе и утреннее солнце!

— Когда я вышла в сад, городские часы пробили двенадцать.

— А я не слышала… Аймара, наверное, я Вам мешаю?

— Что Вы! Вы такая хорошая, милая…

— Хватит, хватит, Аймара, не хочу ничего слышать!

— Но Вы буквально спасли меня.

— Право, Вы преувеличиваете. Уверена, граф Миларт позаботиться о Вас гораздо лучше, чем я.

— Только если Вы его об этом попросите, — покачала головой грандванка.

— С чего Вы взяли? Несмотря на все недостатки, он очень мил. Не бойтесь, он не откажет женщине в пустяковой просьбе!

— Смотря, какой женщине, — погрустнев, пробормотала Аймара. — Хотите знать, о чём я вчера с ним говорила?

— О Вас, конечно же.

— А вот и нет! Да, этот разговор был о женщине, но не обо мне.

— О ком же? — недоумённо спросила Стелла. Её пугало новое выражение лица Аймары с поникшими уголками губ и её тон, в котором, несмотря на все её старания, слышалась обида.

— Граф расспрашивал меня о Вас.

— Обо мне? Но зачем? Он думает, что я самозванка?

— Дело совсем в другом.

— В чём же?

Аймара промолчала, но её красноречивый взгляд говорил о многом.

— Вы так резки с ним, и он хотел знать, почему. Я, конечно, плохо Вас знаю, но поняла, что Вы… — Она не договорила, а потом со вздохом добавила: — Он Вам не нужен, разве что, как игрушка.

Значит, ей он нужен.

— Аймара, это правда, я действительно ему нравлюсь?

За ней ещё никто не ухаживал по всем законам жанра, никто не выходил за строгие рамки придворного этикета, которые не предполагали наличия в человеке такого состояния, как влюблённость.