— Что Вы делаете? — зашипела на него Стелла. — Что тут происходит? Зачем они здесь?

— Встречают Вас.

— Меня? Но откуда они узнали? — Принцесса начинала кое-что подозревать и недовольно посмотрела на барона.

— Я взял на себя смелость сообщить в Розин о Вашем приезде. — Он достойно выдержал её взгляд.

Стелла хотела разразиться гневной тирадой, но передумала, когда вслед за первой группой всадников появилась вторая. На ярком весеннем солнце поблескивали наконечники копий и железные полосы на кожаных нагрудниках.

— Это личная охрана Его величества, — шепнул Маран, почтительно сняв головной убор. — Сейчас появится король.

Всадники выстроились по обеим сторонам дороги, салютуя пока невидимому девушке человеку. Но вот копья и мечи с особым порывом взметнулись вверх. Руки людей замерли, воцарилась почти полная тишина, прерываемая лишь блеяньем овец (к сожалению, животные не испытывали никакого почтения к Его величеству), и Стелле увидела того, кого все так ждали — всадника на холёном марабеле.

— Это король, — коротко пояснил барон.

Принцесса с интересом подняла глаза на человека, который, если верить Марану, был её дядей. А он ничего: высокий, широкоплечий, хорошо сложен, с вьющимися от природы каштановыми волосами, прикрывающими мочки ушей. А глаза у него, кажется, карие.

Король подъехал к ним.

— Это она?

— Так точно, Ваше величество! — по-военному отчеканил тот.

— Добро пожаловать, Ваше высочество! — Теперь и в дальнейшем Наваэль обращался исключительно к племяннице. — Однако я ожидал, что Вы заблаговременно известите меня о своём приезде. Если бы не письмо одного из моих верноподданных, я бы так и не узнал о том, что Вы осчастливили своим присутствием мою страну.

— Так Вы мой дядя?

— Да, если, конечно, у Вас нет ещё одного дяди по материнской линии, — пошутил король. — А Вы, судя по всему, младшая из моих лиэнских племянниц. Стелла, кажется?

— Абсолютно верно, — улыбнулась девушка.

— Рад, очень рад Вашему приезду. Я хочу переговорить с Вами без посторонних глаз, Вы не против?

— Нет, конечно!

Наваэль подал знак, и все, в том числе и барон Остекзан, отъехали на почтительное расстояние.

— Дай-ка мне тебя рассмотреть. — Оставшись наедине с племянницей, король перешёл на неформальное «ты». — Да, очень похожа, очень похожа… Тот же нос, та же линия лба. И глаза такие же, как у Минары. Настоящая красавица! — Похоже, Наваэль остался доволен результатами своего осмотра. — Наверное, и рост у неё был такой же.

Принцесса удивлённо посмотрела на него. Он, её дядя, брат её матери — и вдруг не помнит, какого роста была его сестра. Заметив её недоумение, Наваэль поспешил разрешить её сомнения:

— Как ты, наверное, знаешь, я моложе твоей матери почти на одиннадцать лет; у нас с ней разные матери. Мать Минары, Селина, умерла родами, отец вторично женился на женщине, которой суждено было стать моей матерью. Её звали Насара. Сопоставив некоторые факты, ты поймёшь, почему у меня были некоторые сомнения относительно её роста: детские и взрослые представления о размере вещей разнятся.

— Значит, Вы не такой уж и старый! — невольно сорвалось с её языка. Стелла смущённо замолчала и виновато потупила глаза.

— А ты думала, что мне около семидесяти? — пошутил он. — Нет, мне пока только тридцать. Тебя это расстроило?

— Нет, вовсе нет! — сконфуженно ответила принцесса.