«Пачкун»

   Мне иногда некоторые друзья-товарищи говорили, что я везунчик, что мне в раскрытии преступлений везет. Не согласен. Везет тому, кто много работает, а не поглядывает на часы: во сколько прийти на работу и во сколько уйти с нее. Вот таким оперативникам уж точно никогда не повезет. Я всегда говорил, что оперативник должен много двигаться и думать, думать, думать. Наверно, не случайно переделали поговорку: оперативника ноги кормят. В этой фразе большая доля истины.

   У хорошего оперативника должна быть и хорошая действующая агентура на обслуживаемом им участке -- его глаза и уши. Это я понял с самого начала своей работы и делал все для того, чтобы мои «глаза и уши» не только зорко видели и остро слышали, но и вовремя информировали меня о происходящих событиях. Есть немало оперативников, которые в работе с агентурой ленятся, редко с ними встречаются, не стараются агентов чем-то заинтересовать, проявить к ним внимание и даже угостить. Иногда те, кого считают отбросами общества, людьми без определенного места жительства, знают то, что нас как раз и интересует, и при умном к ним подходе обязательно помогут. Без хорошей агентуры оперативнику работать просто невозможно. Это однозначно. Вот почему я сразу начал записывать в тетрадь все, что могло меня заинтересовать. Пусть не сейчас, не сразу, но когда-то уж точно пригодится. Свою работу в данном контексте я сравнивал с врачебной и вот почему. Врач подробно описывает состояние больного. Так почему же я должен знать об интересующем меня человеке лишь его паспортные данные? Это неправильно. Я должен знать как можно больше: где, с кем и на что он живет, чем конкретно занимается, его связи и т.д. Не надо выдумывать о человеке всякую всячину (вдруг да повезет) -- надо знать конкретно, точно. В единые рамки всё не вложишь, но смысл один -- по интересующему меня персонажу я должен владеть полной информацией. За годы работы в розыске база данных у меня была, скажу не хвалясь, отличная. Результаты по службе всегда считались примерными. И я каждый раз радовался, когда раскрывал какое-то запутанное преступление. Считал, что сделал для людей еще одно полезное дело, раз еще одним нераскрытым преступлением стало меньше. Очень хотел бы, чтобы мой опыт пригодился другим оперативникам.

   Дальше я не буду рассказывать ни о выезде на место происшествия, ни о том, как раскрывалось какое-то дело. Просто расскажу об одном случае. В нем нет ничего интригующего и опасного, как в предыдущих рассказах, но, имея хорошую агентурную осведомленность, я помог знакомому сотруднику комитета госбезопасности сходу установить личность, которую он и его сослуживцы долго пытались установить и никак не могли этого сделать. Не смог бы и я, если бы, опять повторюсь, не владел обстановкой на своем участке.

   С этим парнем, Виктором, мы вместе осваивали на «Динамо» азы вольной борьбы. Он был на несколько лет постарше меня. Ну а дальше наши пути-дороги разошлись. После окончания школы милиции я стал работать оперуполномоченным в отделе милиции Советского района, а он -- в системе Комитета госбезопасности. Мы встретились и разговорились, поговорить было о чем. Я заметил, что обычно веселый и общительный Виктор чем-то расстроен. Спросил -- чем? И он рассказал, что уже долгое время они с коллегами по службе никак не могут установить личность человека, который в разных местах общественного пользования и вообще всюду где только можно пишет всякие гадости про Генерального секретаря ЦК КПСС Горбачева. Где только не бывали, с кем не встречались и кого только не спрашивали -- все бесполезно. Этот невидимка продолжал свое дело. Даже название этому писаке придумали -- «Пачкун».

   -- Почему «Пачкун»? -- улыбнулся я.