— А теперь, Избранная, — он говорил весомо и мрачно, словно внутренне уже подготовился к любой неожиданности, — указывай.

Линден внутренне уже настроилась на поиск Опустошителя, но другого способа, как пройти по палубе шаг за шагом, пытаясь сквозь нее ощутить логово незваного гостя, она не представляла. Со всей твердостью, на какую она была способна, Линден сказала:

— Мы можем сразу исключить все помещения под мостиком: там находится моя каюта, и если бы там можно было что-то точно определить, я бы уже сделала это.

Якорь-мастер тут же передал ее слова поисковым командам внизу.

Осторожно ступая между канатами, Линден Эвери медленно двинулась вперед по залитой лунным светом палубе «Звездной Геммы».

С каждым шагом она ощущала, как внутреннее напряжение нарастает и ей приходится бороться с собой, чтобы не поддаться Опустошителю. Даже сквозь туфли она ощущала струящуюся в каменном теле корабля. Гранит словно стал прозрачным, и она могла окинуть внутренним взглядом любое помещение, ощутить каждого из Великанов, находящихся в круге ее внимания. Но Зло все еще пряталось от нее — неуловимое и неотвратимое.

Внезапно ее икры свело судорогой, все нервы заходили ходуном: в каждую клеточку ее тела Гиббон заложил панический ужас перед Опустошителями. Но она продолжала идти.

Луна зашла, и вскоре забрезжил рассвет, но Линден казалось, что время растянулось, и первые лучи солнца застали ее еще на полпути к носу корабля. Все ее мускулы сводило от напряжения, и она боялась, что могла уже миновать убежище Опустошителя, не заметив его. Кир принес ей воды, и она на секунду отвлеклась. Но тут же, снова зажав волю в кулак, двинулась вперед, мечтая о том, чтобы не споткнуться.

Ковенант, все это время сидевший на бухте троса, громадной, как кровати в кают-компании, хмуро наблюдал за Линден, и она чувствовала, как в нем бурлят ярость и отчаяние из-за слепоты собственных чувств и полной беспомощности. Бринн и Хигром стояли в карауле рядом с ним.

Опасаясь, что она опять — опять! - может опоздать, Линден ускорила шаг. Но прежде чем она достигла кубрика, внезапный спазм пронзил мускулы ее ног, и она чуть не рухнула на палубу.

Кир и Кайл успели подхватить ее под руки и помогли удержаться на ногах.

— Здесь, — выдохнула она. Судорога раскаленным железом пронзила ее ноги с пяток до самых бедер. Стоять сама она уже не могла. — Где-то там, внизу. Подо мной.

Якорь-мастер отдал команду сосредоточить все поисковые группы в указанном трюме.

Капитан с недоумением почесал в затылке.

— Больно странное убежище, — пробормотал он словно про себя. — Там, внизу, с палубы до самого киля — сплошные зернохранилища да кладовые. И все битком набиты. Севинханд, — кивнул он на якорь-мастера, — изрядно запасся пресной водой, диким маисом и фруктами в окрестностях Сарангрейвы.

Линден не смотрела на него. В ее мозгу билось: «Окрестности Сарангрейвы. Место, где в море изливается вся грязь Сарангрейвской Зыби».

Стиснув зубы, она следила, как тьма, таящаяся в трюмах судна, сползается из маленьких клочков, прежде прятавшихся по углам, как она уплотняется и разбухает, словно грозовая туча. И внутри нее закипает ярость.

Рокот, точно зазвучали барабаны, возвещающие сигнал к атаке, пронизал гранит, и нечто ринулось на штурм. Непонятно откуда взявшиеся пчелы зароились вокруг, и Линден скорчилась на палубе, спрятав лицо в колени. Паруса «Звездной Геммы» безвольно повисли. Опустошитель атаковал со всех сторон.

Из трюмов послышались яростные вопли и шум борьбы.

— Началось! — чуть дыша пролепетала Линден.

Мутная волна лютой, звериной жестокости поднималась из недр корабля — и вот она уже выплескивается на палубу через все люки и двери.