– Им нужны доказательства, что я жива! Я скоро буду свободна?

– Отвечай на мои вопросы.

– Его звали Элфи. Элфи! Шетлендец! Бурый с белым, пегий… – затараторила Иден. – Это они просили тебя выяснить? Они согласились заплатить? Ты только скажи мне…

– Твоя мамаша – хитрая стерва, – буркнул он. Затем вытащил из кармана крошечный магнитофон и сел на кровать. – Она думает, что я ее обманываю. Так что тебе придется передать ей маленькое послание.

– Моя мама?!

– Скажешь ей, чтобы не умничала. И еще скажешь как тебе здесь плохо. Думаю, тебе ясно, что я имею в виду.

Совершенно ошеломленная, Иден тупо уставилась на него.

– Ты «трясешь» мою мать? Не отца? – Она ничего не понимала – Но почему ее, а не его? У него же гораздо больше денег! – Ее глаза округлились. – И сколько же ты просишь?

Он несколько секунд помолчал, потом сказал.

– Десять миллионов долларов. Иден чуть не лишилась дара речи.

– Десять миллионов? Идиот! Да она в жизни не наберет столько денег!

– Ты лучше молись, чтобы она все-таки набрала их. А сейчас заткнись и приготовься передать своей мамочке привет. У тебя десять секунд на все послание. Десять секунд. Поняла? Скажи ей, как тебе хочется выбраться отсюда и чтобы она больше не шутила со мной. И помни: чем усерднее ты будешь со мной сотрудничать, тем быстрее попадешь домой.

– Нет!

Он включил магнитофон и поднес микрофон к ее губам.

– Десять секунд. Начинай!

Иден вытаращилась на микрофон. Ей даже в голову не приходило, что этот человек будет требовать деньги с ее матери. Она всегда была уверена, что объектом вымогательства был отец. Впервые за последние дни она почувствовала, как в ней закипает бессильная ярость.

– Я не стану этого делать, – качая головой, чуть слышно произнесла Иден.

– Хочешь, чтобы я сделал тебе больно?

– Мне плевать Я не буду тебе помогать.

Он медленно опустил микрофон и со зловещим спокойствием сказал:

– Либо мы сделаем это без лишних осложнений, либо мне придется применить силу. Но мы все равно сделаем это. Если ты собираешься заставить меня быть грубым, я буду грубым. Так что говори.

– Нет.

Он ткнул микрофон ей под нос.

– Говори!

– Не буду, – прошептала Иден и, отворачивая голову, прижалась к стене.

Он рванул ее на себя Непроизвольно вскрикнув, она попыталась скатиться с кровати.

– Говори же! – Он с пугающей силой сдавил ей руку. Она завизжала. – Скажи ей, как ты ее любишь.

– Нет! Пошел ты в задницу! Не дождешься!

– Значит, ты предпочитаешь, чтобы я был грубым?

– Ты мне отвратителен, – вырываясь, прошипела Идеен.

Он стал выворачивать ей руку. Ее плечо пронзила мучительная боль. Она закричала.

Он снова поднес к ее губам микрофон.

– Так скажи же своей матери, чтобы она забрала тебя отсюда. – Иден чувствовала его горячее дыхание возле своего уха. – Проси ее спасти тебя!

– Нет, – все так же чуть слышно прошептала она. Он резко дернул ее вывернутую руку. Боль в плече сделалась невыносимой. Иден застонала.

– Проси, – как безумный рычал ее мучитель. – Она ведь тебя, суку, так любит! Умоляй же ее!

Сцепив зубы, Иден затрясла головой. Он принялся еще сильнее выкручивать ее руку. Она почувствовала как вытягиваются связки сухожилий, как кость выворачивается из сустава.