На землю полетели два комплекта широких браслетов, соединенных толстой цепью, а так же два обруча, соединенных с ошейниками, из-за которых их так просто не снять. Сперва мне, как наименее опасному по мнению арбалетчиков, приказали обезоружить и сковать сотника, а затем велели встать на колени и завести руки за спину, что бы сковали уже меня.

Ощущение того, как дар снова запирают в теле, сложно передать словами. Ближайшее сравнение, это как если бы меня завернули в толстую мутную пленку, нетолько сковывающую движения и не дающую телу дышать, но еще и почти не прозрачную.

- встали и посеменили. Вот так, маленькими шажками и быстрее, а-то до ужина даже до входной двери не дойдете. - С этими словами, меня поставили на ноги и толкнули в спину, придавая начальное ускорение.

Не думал, что так остро отреагирую на блокираторы, надев их после долгого перерыва. Эмоции словно угасли, на сознание обрушилась апатия, а все страхи и тревоги стали настолько незначительными, что о них даже думать не стоило. Краем сознания отметил тот момент, когда нас провели через толстые двойные двери, отлитые из железа и закрывающиеся нетолько на замки, но и на массивные засовы. Освещение внутри, обеспечивалось электрическими лампами, что вносило некий диссонанс в привычное восприятие мира. Серые стены, полы и потолки, вгоняли в еще большую апатию, не позволяя взгляду зацепиться хоть за одну интересную деталь, которая могла бы встряхнуть разум.

Меня поместили в карцер, размерами два на два метра, но в высоту почти три. Под потолком горела ровным и холодным светом, тусклая синяя лампа, а у дальней стены стояла железная кушетка, вмурованная в пол. За железной дверью, гораздо более тонкой чем входные, разговаривали охранники, но их слова доносились обрывками, так что вслушиваться было бесполезно.

Постаравшись удобно улечься, что было несколько затруднительно, с скованными за спиной руками, уставился в стену, и что бы хоть немного себя взбодрить, до крови прикусил язык. Боль помогла, и апатия исчезла как не бывало, позволяя в спокойной тихой обстановке, поразмышлять над всем уже произошедшим, и своими действиями.

"какой-то я неправильный герой: подвигов не совершаю, принцесс не спасаю, выдающимися талантами тоже не обладаю...".

Поерзав на жесткой лежанке, наконец принимаю удобное положение, и закрываю глаза. Противный свет от лампы, только раздражает, а смотреть здесь все равно не на что.

"а ведь во всех книгах и фильмах про приключенцев, которым везло начать новую жизнь, всяческие свершения сами падали в руки, и даже особенно напрягаться не приходилось. Я же, все детство развивал свои тело и "псионику", затем восемь лет обучался боевым искусствам и владению мечом, в чем был одним из лучших на потоке, а что в итоге? В гвардию не попал, в "темной страже" нахожусь на положении младшего и неразумного подчиненного, которому доверяют самую бесполезную работу, и даже свой "рояль", (кажется так это называли разные попаданцы?), в полной мере использовать не смог. Ну что стоило на пару декад, устроиться работать на мясную ферму? Принес бы в жертву пару сотен кабанчиков, и сразу стал бы намного сильнее. Жаль что мне раньше эта идея в голову не пришла, хотя с моим везением, и там пошло бы что ни будь не по плану. Интересно, а "Плакальщик" жалеет о том, что выбрал в свои жрецы столь талантливую личность?".

Еще немного пожалев себя и обвинив мир в жестокой несправедливости, привел мысли в порядок, и решил заняться самым продуктивным из ныне доступных дел. Не прошло и пары минут, как я крепко уснул.

***

- вставай-вставай, штанишки надевай!

Проснулся я под абсолютно немузыкальное пение очередного "темного стражника", вихрем ворвавшегося в мою камеру, с явным намерением совершить какую-то гадость. К счастью, вбитые на тренировках рефлексы, не смотря на блокирующие внешние проявления дара оковы, позволили почти моментально принять сидячее положение, при этом махнув ногами в непосредственной близости от лица незваного гостя.