— Кому там неймётся с утра пораньше, — вслух сказал я, и протерев глаза, пошёл открывать двери.

Открыв дверь, я встретился взглядом с двухметровым парнем лет восемнадцати. Широкоплечий, мышцы как у кузнеца, грубые черты лица, гладковыбритая голова, карие глаза, небольшой шрам возле нижней губы, причём носит форму Фениксов. Странно, что-то не замечал его на тренировках.

Несколько секунд мы молча смотрели друг на друга, пока я первым не нарушил тишину.

— Что ты как чужой стоишь? Представляйся и заходи в дом, раз уж разбудил, — не стал я грубить. В Фениксов кого попало не берут, и плохие люди туда точно не попадают. Тем более никто не станет просто так меня будить.

— Павел Николаевич Медведев, третий ранг, боевое имя — Мясник, — голос у парня оказался низким, с хрипотцой, будто он до встречи со мной курил лет двадцать.

Медведевы, значит. Помнится Алексей рассказывал, что они по богатству княжичам не уступают, и что у них сильные маги рождаются. Не думал, что встречусь с их представителем вот так.

— Максим Давидович Волков, первый ранг, боевое имя — Феникс. Заходи, — позвал я его к себе в комнату.

— Не стоит, я пришёл сюда не чай пить, — протянул ладонь вперёд парень. — Тебя и меня глава вызывает к себе для разговора, так что одевайся и пошли.

Я как раз ждал того, что глава ордена пригласит меня поговорить после операции, но что это случится так скоро и при этом, что для разговора позовут не меня одного — это уже стало неожиданностью.

Я быстро помыл руки и лицо, после чего оделся и вместе со своим новым знакомым направился навстречу со стариком, поймав себя на мысли, что не знаю даже его имени. А ведь он сам не представлялся, и все к нему обращаются не иначе как к главе. Видимо он сам когда-то оборвал все связи со своим родом, иных причин для такого поведения я не видел.

Хоть глава вызвал нас двоих для разговора, в зал, где меня сделали Фениксом, он приглашал нас по одному. Сначала пошёл Медведев, поскольку его ранг был выше моего, и спустя десять минут уже я. Старик всё также сидел на своём троне и меч его лежал сбоку от него, разве что Магистра Руса рядом не было.

— Доволен казнью Гавриловых? — я не заметил в голосе старика упрёка.

— Скорее уж удивился их странной смерти, — покачал я головой. — Да и чему тут радоваться, если в империи живут неверные ей граждане? Пока их всех не уничтожишь, легче не станет, да и потом всё равно появятся им подобные. Казнь это вынужденная мера, которая решает последствия, но не саму причину. Однако это уже ближе к философским рассуждениям, а вы явно позвали меня обсуждать не это.

— Само собой. У меня к тебе есть предложение, — улыбнулся старик.

— Такое же, какое вы сделали Медведу? — сразу предположил я.

— Нет, у нас с ним протекал другой разговор, да и не подходит он на ту роль, которую я хочу тебе предложить, — у меня сложилось впечатление, что я сейчас не с главой рода, а с наставником разговариваю. У того такой же взгляд был, когда он предлагал мне стать своим преемником на пост главы Академии. — Что ты думаешь о том, чтобы возглавить новое подразделение в ордене?

— Перед ответом хотелось бы услышать подробности, — сложил я руки на груди. — Я же должен понимать, что вы предлагаете мне возглавить, — старик похоже даже не удивился моему спокойствию.

— В последнее время всё чаще происходят непредвиденные обстоятельства, которые не связаны ни с одним подразделением, но при этом связаны с орденом. Расследование нападения наёмников Гипериона до сих пор ведётся, а случай с родом Соколовых далеко не единичный — мы и до этого замечали, что аристократы незаконно держат у себя химер и используют их для своих целей. Некоторые даже экспериментируют с их телами, чтобы самим заполучить их силу или чтобы стать разумной химерой, — от последней новости у меня приподнялась левая бровь.