Дети продолжили витать в фантазиях, не подозревая о том, что ждет в порталах на самом деле. Я сначала было дернулся рассказать о том, что там происходит, но остановил сам себя. Таких детей, причем любого пола по всей планете сейчас сотни, если не тысячи или вообще не десятки тысяч. И если этот хоть минимально подготовлен, занимаясь в спортивной секции, то остальные будут просто кормом для обитающих там монстров.

На уровне государства я бы, конечно, вообще запретил продавать коммуникаторы определенной группе лиц. В первую очередь, конечно, несовершеннолетним, психически больным и еще некоторым категориям, типа бывших сидельцев и других асоциальных личностей. Вообще, по-хорошему, требуется регулировка обращения, как с огнестрельным оружием, если даже не хуже. Справка от психиатра, медкомиссия. Некоторые навыки по убойности дадут фору даже автомату. А способность инвентаря, так вообще открывает просто огромный простор для незаконной деятельности, начиная от контрабанды и оборота наркотиков, и заканчивая терроризмом с нелегальной трансплантацией органов. Да даже убийства! Спокойно прячешь труп в инвентарь и потом только избавляешься от него. Либо в портале, либо в каком-нибудь укромном месте, даже не оставляя следов при переноске. Видимо теперь полицейские при проверке документов будут также просить открыть пространственное хранилище и показать, что там нет ничего запрещенного. Хотя я и здесь могу придумать способ, как это обойти. Лично мне можно просто снять коммуникатор и сделать вид, что я вообще ни при чем.

Под мысли о постепенно меняющемся мире я ехал в метро и отдыхал душой, слушая повседневные разговоры окружающих, пока слух не зацепила фраза женщины в годах, обсуждающей по старому сенсорному телефону последние новости с подругой.

— Слышала, что в Германии опять начали возмущаться решению нашего президента запретить продавать эти новые штукенции за границу? Того и гляди, оружием бряцать начнут. Надо, наверное, гречкой с сахаром закупиться. Да, да… — Начала отвечать она на слова с другой стороны трубки. — Давай, я сейчас доеду и встречаемся у магазина. Бери сумки, надо поторопиться, пока другие не раскупили все продукты.

Я сначала ухмыльнулся, но потом вспомнил, как мы сами закупались еще недавно и по факту ничем особым от этих женщин не отличались. Только они обычно при любых волнениях традиционно сметают гречку с сахаром, а мы закупались в том числе консервами.

Открыл новости на коммуникаторе и начал мониторить заголовки на международных порталах.

«Агрессоры в Кремле: Россия нарушает международное право и договорные обязательства»

«Россия отказывается от компромисса: мир на грани конфликта»

«Отказ России выполнять свои обещания: мирные переговоры на грани коллапса»

«Россия нарушает договорные обязательства: мир требует санкций и дипломатического давления»

Мда… Ничего нового. Ради интереса перешел по нескольким ссылкам и в принципе везде одно и тоже. Запрет на продажу коммуникаторов за рубеж и ограничение в получении возможностей за пределами человеческого развития всколыхнуло застоявшийся в последнее время мир. Слабо тлеющие региональные конфликты пропали из заголовков и единственное, что сейчас интересовало весь мир, это «суперсилы», как их окрестила зарубежная пресса.

Интервью с немногочисленными счастливчиками, получившими коммуникаторы первой партии, разлетевшейся по планете, только увеличивали интерес. Множились теории заговоров, появлялись секты однодневки, зазывающие в свои ряды последователей и называющие технологии дьявольским соблазном. Даже Папа Римский выступил с осуждением и призывом не поддаваться на провокации и не стремиться за быстрой силой, оставаясь христианами верными богу. И на удивление, в пику ему выступил Московский Патриарх, полностью поддержавший президента. Но это, к слову, было ожидаемо, в последние годы власть начала тесно брать контроль над религиозным сообществом, через него в том числе проводя свою политику.