— Но не смотреть же нам беспомощно на то, как готовят свои акции разного рода отморозки.

— Именно это я бы и предложил. На первых порах. Мой источник там уже находится и пока у него есть возможность хоть что-то узнавать. Скрины некоторых членов данной группировки тоже можно раздобыть. Это я тебе могу почти уверенно пообещать. Не тех, кто уже на каторге, а тех, кто сейчас туда стремится попасть. Они ждут суда в городской тюрьме в Столице.

— У тебя в клане есть кто-то, кто сможет пробраться в тюрьму? Хотя бы несколько фотографий, а лучше видео, запись голосов, да хоть что-нибудь. Это было бы очень кстати. Зацепив ниточку, мы клубок размотаем. Крупную рыбу так не поймать, а вот мелкие исполнители могут быть менее осторожны и на них можно выйти. Дальше уже мы сами.

— Среди ветеранов таких крутых у меня нет, но связи в Столице есть. Я сделаю. Обещаю. Уж очень дело важное.

— Спасибо. Буду должен.

— Не говори глупостей. Мы Родине служим, всегда. Даже в отставке. Присягу никто не отменял.

— Это да. Тогда я, пожалуй, пойду. Время дорого. Нужно всё подготовить, согласовать с руководством. Просто не будет — в Москве атмосфера нервная и неопределённая.

— Заходи ко мне завтра. Оля будет рада, да и я за это время постараюсь что-то сделать и разузнать.

— Спасибо. Постараюсь, но не обещаю. Мне намекнули, что могут срочно опять в столицу вызвать.

Друзья крепко пожали друг другу руки и расстались. Всё стало сложнее и тревожнее.

———-—––—––—––—––

Десять лет назад видавший виды контейнеровоз «Олимпия» решено было продать на металлолом, но нашелся инвестор, который выкупил судно, чем очень удивил и обрадовал прежнего владельца Александра Макропулоса. Устаревшее и изрядно изношенное оборудование корабля постоянно требовало ремонта, было сложным и дорогим в эксплуатации.

Ни один экипаж долго на нём не задерживался, так как приходилось много работать, а иногда и всерьёз рисковать здоровьем в попытках добраться до порта назначения и не сорвать сроков по контракту. Радость бывшего владельца была так велика, что он постарался не обращать внимания на некоторые странности покупателя. Тот был совсем новичком в этом бизнесе, деньги переводил мелкими суммами с разных счетов, а часть и вовсе заплатил наличными.

В свои молодые годы господин Макропулос и сам не всегда легально сколачивал первоначальный капитал. Контрабанда, но ничего серьёзного вроде наркотиков или нелегального оружия. Так по мелочи — неуплата налогов или пошлин, сокрытие, взятки, и нелегальная перевозка эмигрантов. В Европу, главным образом.

Весёлая динамичная молодость давно прошла, но осталось понимание тех трудностей, с которыми приходится сталкиваться в самом начале пути к богатству. По этим причинам судовладелец не стал придираться к мелочам. Деньги есть деньги, а они уплачены.

Пусть волнуются и суетятся те, кому это положено по должности. К тому же покупатель тоже грек, хотя и немного необычный. Кроме формы оплаты странным было то, что новый владелец совсем не знал греческого языка, предпочитая общаться на английском.

Впрочем, и это был, судя по акценту, не родной его язык. Покупка в результате прошла спокойно и, хотя господин Макропулос потом ещё некоторое время отслеживал судьбу своего старого корабля, ничего особенного он не обнаружил и почти забыл об этом.

Время прошло. За эти годы корабль изменился мало. Денег на его ремонт никто не тратил, перевозки контейнеров на нём производились крайне редко, но экипаж, в отличии от прежних времён был постоянным.