Вот мы часто говорим о западных политиках, ушедших в отставку, которых тут же берут к себе крупные компании. Так было почти со всеми мало-мальски известными американскими политиками, да вспомните хоть Макнамару, Хейга, Киссинджера. И у нас некоторым образом происходит то же самое… правда, масштабы не те и возможности иные, но суть одна. Ручаюсь за это, опираясь на свой опыт: я подобрал немало "бывших", и они оправдали мои надежды и вложенные в них средства. Правда, многие не выдерживали испытания временем, ни у себя на прежней работе, ни на службе у меня "лоббистом". Их почему-то постоянно заносит — то ли прежняя должность и безмерная власть в своей сфере их портит, и у меня, оправившись, оперившись, они пытаются что-то мне диктовать; а хозяйственные дела решаются не диктатом и амбицией, а экономическими расчетами, быстрой и четкой стратегией, поэтому я без сожаления расстаюсь с такими. Говорю об этом не для того, чтобы предостеречь вас на будущее, вы человек иной, моим "бывшим" не чета: вы лишены мелкого тщеславия, а это важно.

Когда я говорил Хаитову о ваших перспективах, я не шутил. Подумайте на досуге об этом, у вас действительно нет преград, чтобы получить здесь любой высокий пост — нужно только время. Хозяйствовать, управлять "теневой" экономикой, как выражаются некоторые экономисты, это прежде всего тонко чувствовать политику, кадровый вопрос. Пока существует партийная номенклатура должностных лиц, "бывшие" долго еще будут в цене. Опыт показывает, что на должностях постоянно тасуются одни и те же люди, оттого я иногда делаю ставку на "бывших". Восточный народ — осторожный, на всякий случай поостережется отказать вчерашнему хозяину, потому что завтра "бывший" вновь может оказаться на коне, то есть в кресле, и тогда я выигрываю вдвойне. "Бывшие" тут долго не теряют влияния и связей. Вот почему я хотел бы перетянуть к себе Хаитова — он избавил бы меня от множества неприятных для меня визитов к чиновникам разного ранга в партийном и советском аппарате. Для него просто открылась бы тут любая труднодоступная для меня дверь.

Так что опыт наших классовых врагов я не только изучаю, но и беру на вооружение. Все в мире повторяется, только с запозданием и в более уродливой форме. Наверное, вас в студенческие годы стращали кока-колой и жвачкой — атрибутами буржуазной жизни, а теперь мы сами построили такие заводы по их лицензиям. И совсем не шутки ради я содержу телохранителя, который влетает мне в копеечку… — Артур Александрович весело потрепал по плечу Ашота, не отрывающего глаз от ночной дороги.

Чувствуя, что Шубарин сегодня расположен к разговору, Азларханов решил не упускать подходящего момента.

— Вы обещали рассказать на обратном пути о Хаитове.

Шубарин прикрыл окошечко в боковом стекле — видно, опасался сквозняка.

— О Хаитове? О нем я ничего сказать не могу, хотя и располагаю не менее подробным досье, чем на вас. Поэтому я расскажу, почему я добивался у него аудиенции, которую он наконец-то назначил на завтра. Впрочем, история эта в двух словах, но значение ее вы поймете, как только войдете в курс дела.